– Благодарю вас, Андрей Викторович, за беседу. Она открыла мне глаза. Не прощаюсь – мы еще встретимся. Всего вам доброго…

Наумов легко поднялся, шагнул к двери. В нем не было ничего от монстра. Скорее, он напоминал калькулятор.

Вот тогда то Обнорскому стало страшно по настоящему.

А человек калькулятор, насвистывая, спустился к машине. Он нашел решение. Идиот идеалист сам подарил Николаю Наумову простое и изящное решение: калькулятор понял, что пока у него в руках Обнорский – у него в руках заложник стоимостью в шестьдесят миллионов баксов. Собственно, мысль не блистала новизной. Андрей и до этого разговора находился в роли заложника. Однако человек калькулятор считал, что реально журналист этих денег не стоит. Ну кто за придурка выложит не то что шестьдесят, а хотя бы шесть зеленых лимонов?

Бред нонсенс. Полная, господа, дребедень. Но слушая горячий и одновременно спокойный голос Андрея, Наумов вдруг осознал: та баба, которая ему так нужна, – она такая же. Она тоже идиотка идеалистка. И вся эта трескотня про предательство для нее тоже имеет какой то особый смысл.

…Ты можешь допустить, что не все такие, как: ты и Антибиотик? Что есть люди, которые не предают друзей?

– Очень даже могу, Андрюша. Что же я – монстр?

Наумов шлепнулся на заднее сиденье. Водитель уже уловил перемену в настроении хозяина, но пока помалкивал.

– Ну, Петруха, чего молчишь? – весело сказал Наумов.

– Так я ничего… Куда едем, Николай Иванович?

– Едем, Петруха, на Литейный. В домик номер четыре. А там мы пристроим на длительное ответственное хранение одну куклу.

– Куклу? – машинально переспросил водитель.

– Да, Петруха, одну забавную куклу. Сперва я хотел оторвать ей головенку. А потом понял, что лучше ее продать. Но пока, дружище, не нашлась дура покупательница на мою куклеху, ей придется полежать на пыльных полках. В счастливой стране с романтическим названием ГУИН.

Смерть массажистки и охранника произвела на Палыча неизгладимое впечатление. Не нужно быть великим детективом, чтобы понять: целили в хозяина, а обслуга погибла случайно, от желания кайфануть на халяву, попить винца из барских погребов. Тела Карины и Игоря сбросили в Финский залив. Все продукты и все спиртное из квартиры отдали на экспертизу. Проводилась она частным образом – за немалые деньги – и сделана была в высшей степени качественно. Заключение экспертов было однозначным: никаких признаков токсинов не обнаружено.

Их и не могло быть обнаружено. Во первых, Бабуин зарядил только одну бутылку «Хванчкары», а во вторых, использованный токсин обладал очень сложной химической структурой и почти не поддавался идентификации.

Антибиотик запсиховал. Сделался зол, раздражителен. Приказал уничтожить все запасы спиртного и продуктов из всех своих нор. В результате были безжалостно уничтожены несколько сот бутылок «Хванчкары», коллекционных вин, коньяков, виски. Сотни килограммов продуктов были выброшены на свалку. То то праздничек бомжам!

Следствие, проведенное Бабуином, ничего не дало… Из предосторожности заменили весь персонал, непосредственно обслуживающий квартиры. Та еще эпопея… С каждым кандидатом Палыч беседовал лично. Душу выматывал, глазками буравил. Кандидаты на роль лакеев уходили от Антибиотика в полуобморочном состоянии. Начальник охраны Палыча – Игорь Царицын – предложил купить за границей детектор лжи. Палыч наорал на Игоря, заявил, что никакой детектор ему не нужен: он сам детектор. При этом он брызгал слюной и стучал кулаком по Библии. Бабуин кивал головой с квадратной нижней челюстью… Среди братвы поползли слухи о новом покушении на Антибиотика. Поговаривали, что к этому явно приложили руку менты.