— А что с презентацией? — вспомнила девушка.

— Просмотрел.

И Денис поведал звеньевой о проекте «Солдат», контрактах с наемными родителями и масштабе развернутой операции. Похоже, ему удалось удивить своего куратора. По репликам Снежаны было ясно, что звеньевая ни с чем подобным раньше не сталкивалась.

Завершив историю, Денис отправился заваривать чай. Снежана пошла к себе, чтобы «сварганить каких-нибудь бутербродов». Каждому хотелось осмыслить услышанное и немного размяться.

Давали о себе знать первые признаки опьянения.

В углу террасы обнаружился плетеный столик, который Денис подтащил к балюстраде. Снежана принесла тарелку с бутербродами, сложенными горкой.

— Колбасы не нашлось, — извиняющимся тоном произнесла звеньевая. — Так что я намазала на тосты авокадо. Ну, и фрукты кое-какие.

— Это фруктовые бутерброды?

— Вроде того. Зато хлеб цельнозерновой.

Для Дениса этот аргумент фитоняшек никогда не был значимым. Но пришлось смириться. Не тащиться же в магазин посреди ночи на чужом острове в параллельном мире. Сходив к себе, оператор вернулся с подносом, на котором стояли две кружки, наполненных душистым чаем, заварник и бамбуковые подставки в виде плетеных квадратиков с картой острова.

Терраса погрузилась во тьму. Чтобы видеть кружки и тарелку, Денис оставил в номере вечернюю подсветку — голубоватое свечение, идущее по всему периметру оконного проема.

Снежана без спроса взяла кружку и подставку.

— Где ты добыл этот чай?

— Секрет фирмы.

Девушка хмыкнула.

Вечер надвинулся на операторов влажной прохладой, запахами океана и цветов, смехом и разговорами случайных прохожих. Шорохом листвы, скрипом двери на соседней вилле, стрекотом насекомых.

Романтично.

Денис надкусил бутерброд.

— Ты знаешь, неплохо.

— А то.

Доев бутерброд, он взялся за чай. Время близилось к полуночи, а впереди маячила еще одна история.

— Твой черед, — напомнил Денис.

Снежана вздохнула.

— У меня всё прозаичнее. Шесть лет назад, день в день, я встретилась на этом острове со своим парнем. Теперь он мертв, а мы снова здесь. Вот так.

Денис сделал глоток.

Он решил не торопить собеседницу. Такие вещи не вытягивают насильно. Это сокровенное, не всякому и откроешь.

— Ладно, слушай. Сам напросился. Тебе наверняка рассказывали, что я вживила себе нейровыводы в Новосибе, а потом познакомилась с Вилкасом на чужом модуле. Про меня и Вилкаса много всякой ерунды рассказывают. Да, операцию мне делали в Новосибе, клиника была очень крутой. Я не хочу сказать ничего плохого про Бориса, но у него случаются порой косяки. А те ребята оперируют и настраивают нервную систему без ошибок. Но стоит это удовольствие сумасшедших денег.

— Они у тебя были?

— Поначалу — нет. Ты ведь и представить себе не можешь, о каких суммах идет речь. Я же не избранная, вроде тебя. Посредственный индекс. Сомнительные перспективы. Так что требовалось серьезное вмешательство. Укрепление волокон, системный разгон, азиатские адаптеры. Всего и не перечислишь. Когда тебе выставляют прайс за такие модификации, волосы встают дыбом.

— Давай по порядку.

— Не спеши, — чайная кружка опустела, и Снежана извлекла из-под стола припрятанный сосуд с иероглифами. Плеснула себе и предложила Денису. Тот, подумав, добавил немножко рома в недопитый травяной чай. — Тут всё довольно запутано. История, как я сказала, начинается в Джорджтауне. Парня моего звали Андреем, и он ходил в море на азиатском модуле.