Хватай ртом воздух.

Упрись руками в прозрачный купол над головой, сразись с навалившимся приступом клаустрофобии. Одинокий маленький человечек в кибернетической клетке, во тьме первобытного океана.

Стазис отключен.

Нейровыводы всасываются в ложемент. Где-то на периферии сознания раздаются сухие щелчки — это сороконожки задвигают свои туловища подальше в гладкие и тихие норки.

Денис начинает ощущать мир. Приходит понимание, что он лежит в гибернационной капсуле, ожидая чего-то. Мышцы покалывает. По лодыжке бежит судорога. Дыхание постепенно выравнивается.

Желание разбить стекло растворилось во вселенском спокойствии — это в кровоток хлынули седативные вещества.

Тело — в капельках влаги.

Купол плавно съезжает в сторону.

Взгляд полностью фокусируется, и Денис осознает себя внутри межпространственного крейсера класса «Убийца». Гибернационные капсулы открываются, операторы нехотя вылезают из обтекаемых утроб. Все обнажены. Мертвенная подсветка добавляет драматизма и почему-то заставляет вспомнить видеоряды Дэвида Линча.

Посмотрев на свои синие ладони, Денис хмыкнул. И медленно повернулся, перебросив ноги через край ложемента.

— Ваша одежда в ящиках у изголовья капсул, — бесстрастный женский голос, казалось, исходил отовсюду.

Стопы коснулись пористого покрытия.

Даже приятно.

Денис выпрямился, размял затекшие мышцы, почувствовал знакомое напряжение в икрах. Покрутил головой, глубоко вздохнул. И опустился на одно колено, чтобы осмотреть нижнюю часть капсулы. Прозрачная ячейка с аккуратной стопочкой внутри обнаружилась быстро. Сенсор среагировал на прикосновение. Здорово, даже кеды от «Бешеных Барракуд» сохранились. Или мокасины — не сразу разберешься в местных веяниях.

На одевание ушло чуть больше минуты. Дембель со спичкой остался бы недоволен. Впрочем, нерадивого солдата оправдывало вялое состояние, вызванное обездвиженностью в криокапсуле и действием седативов. Справившись со шнуровкой, он осмотрелся. Операторы молча одевались, Чена не видно.

— Оставайтесь на местах, — произнес знакомый голос. — Гибернационный отсек стыкуется с десантной шлюзовой камерой.

Только голубых беретов не хватает.

И фонтана.

Пожалуй, «Иону» можно назвать самым странным, выламывающимся из стереотипов, кораблем на планете. Блоки внутри крейсера непрерывно перемещались, скользили во всех направлениях, меняли конфигурацию, стыковались и перестраивались. Ничто не вечно под водой, как сказал бы классик. Впрочем, не стоило попадать классику в это место — вживили бы нейровыводы в позвоночник и отправили воевать с кракенами. Это вам не Бирнамский лес двигать…

Шипение и лязг размыкающихся блоков.

Справа от Дениса образовался круглый портал, ведущий в шлюзовую камеру.

— Перейдите в арсенал, — приказал голос.

Пробужденные подчинились.

Денис прикинул, что около полусотни человек проснулись раньше времени. Значит, близится следующая фаза миссии. Жаль, не удалось попрощаться с ребятами. Никаких слезливых голливудских сцен, похлопываний по плечам, напутствий и суровых замечаний опытных вояк. От Снежаны, Киви и Бармаглота просто избавились. Отработанный материал. Есть над чем поразмыслить, когда всё закончится.

Если закончится.

В арсенале их ждал куратор.

Денис не заметил оружейных полок, застекленных стеллажей или витрин. Голые металлические стены, квадратный бокс, отсутствие мебели. Дуэ Чен находился в центре комнаты. Стоял, скрестив руки на груди. Когда последний из пробужденных солдат переступил порог арсенала, люк затянулся титановыми лепестками, а стена обрела целостность. Мужчины и женщины обступили своего руководителя. Никто не переговаривался, все ждали инструктажа.