Над монстрами создатели потрудились основательно. Жуткий бестиарий, в котором охотник ощущает себя жертвой уже на первых секундах. Группировка — по степени опасности. Денис начал самообразование с относительно безобидной зверушки — плотоядного ската. Существо обитало в тропиках и субтропиках, оно здорово расплодилось в прибрежных водах Южной Америки. Приплюснутость сохранилась, хвост усилился мощным костяным отростком, прокалывающим жертву и пропускающим через нее ток высокого напряжения. Увеличился размер, появилась жуткая пасть с двумя рядами острейших зубов. Скаты атаковали добычу, вырубая ее электрическим разрядом. Затем поедали. Человек великолепно встроился в пищевую цепочку.

Пока закадровый голос озвучивал характеристики твари, Денис завороженно смотрел на плоское округлое туловище, черные пятнышки электрических желез на спине твари и хвост, отдаленно напоминающий гарпун пещерных жителей. В пасти создания спокойно могла бы уместиться средних размеров собака.

Дениса передернуло.

Взяв себя в руки, он переключился на следующего зверя.

Белая акула.

Ничего хорошего от этих пятиметровых хищников и раньше ждать не приходилось. Денис, как и многие представители его поколения, смотрел «Челюсти» и похожие триллеры, но об анатомии кархародонов ничего толком не знал. Невидимый лектор сообщил, что белые акулы — это основная ударная сила мути. Твари научились общаться между собой, объединяться при необходимости в стаи и взаимодействовать с другими мутантами. Появились достаточно крупные виды, нападающие на яхты, рыбацкие шхуны и катамараны. Ареал обитания стремительно расширяется. Пути миграции никто не берется предсказывать. Есть признаки коллективного интеллекта.

Прямо на Дениса мчался исполинский монстр, широко распахнувший черную пасть. Словно проваливаешься в бездонный тоннель. Неприятное ощущение.

Мясники с ними расправляются, заметил лектор, без особых проблем. Но в последние годы поступают сигналы о бронированных особях. С внешним костяным скелетом. Точной информации ученым собрать не удалось.

Дальше — веселее.

Перед мысленным взором Дениса проносились создания воистину кошмарные — гигантские удильщики, кракены, дредноуты, харибды. Некоторые твари представляли опасность для рыбаков и ныряльщиков, но до смерти боялись мясников. Другие могли топить корабли и субмарины, разрушать нефтяные вышки, плавучие исследовательские базы и автономные платформы. Двоякодышащие превратились в бич островных поселений и портовых городов. Одни мутанты промышляли в открытом океане, другие — в прибрежных водах. Третьи никогда не поднимались на поверхность, предпочитая охотиться на километровых глубинах. Четвертые отрастили конечности и научились карабкаться по стенам человеческих укреплений. Пятые мутировали из пернатых хищников, что давало им определенные преимущества в воздушной среде.

О некоторых видах мутантов сведения практически отсутствовали либо считались противоречивыми. Моряки травили байки в кабаках, но достоверной информации предоставить не могли. Пропал, к примеру, сухогруз в заданном квадрате. Никто ничего не знает, но куча предположений. Дескать, видели длинные конечности, высунувшиеся из воды. Или слышали утробный рев. Примерно так и обнаружили первую харибду, окопавшуюся на венесуэльском шельфе Боливар. Тварь месяцами пожирала танкеры и оставалась невидимой, пока с аэрокара кто-то не приметил странный водоворот. Присмотрелись и ужаснулись. Существо открывало пасть и формировало воронку на два-три километра в диаметре — выбраться из этой круговерти никто так и не сумел. В итоге забросали глубинными бомбами — животное разнесло в клочья. Несколько дней гниющие ошметки и воняющую слизь прибивало к пляжам и набережным.

Встречались и монстры, способные расправиться с мясником.