Я улыбнулся и хохотнул.

— Правильно, Юки. Я тоже так думаю.

Он прав — это был наш путь, путь силы.

Мы стояли молча ещё несколько секунд, пока гул шагов не прервал тишину. Остальные возвращались.

Милена шла первой.

— Всё в порядке? — спросил я.

Она кивнула, но её улыбка была натянутой.

— Эльфы… Они странные, — тихо сказала она. — Они забрали голову Серптиса и отдали награду, но сначала не то, о чём договаривались. Пришлось поговорить на повышенных тонах.

Ауриэль фыркнула, скрестив руки на груди.

— Это тёмные эльфы, — насмешливо сказала она. — Они всегда такие. Хорошо, что они хоть как-то изменились после уничтожения своей планеты. Иначе точно всё закончилось бы рубкой.

Дима пожал плечами, его улыбка стала шире.

— Да ладно, главное, что мы живы! — весело сказал он. — Давайте уже свалим отсюда.

Катя молчала, но хмурилась. Я заметил, как она украдкой посмотрела на меня, но встретив мой взгляд тут же отвела свой.

— Пора возвращаться в Авалон, — сказал я, глядя на команду.

Путь обратно растянулся на несколько дней, но прошел спокойно, без происшествий. Куколка везла нас через знакомые леса и поля. Мы изредка останавливались в небольших деревушках или разбивали лагерь под открытым небом. Ночи были тихими: костер потрескивал, звезды мерцали над головой, а в воздухе витал запах хвои и трав. Спали в разных палатках — Лена была тверда в своём решении.

Наша группа в пути иногда обменивалась короткими историями или просто наслаждалась тишиной. Всё шло ровно, без спешки, словно дорога сама вела их домой.

Валек, поначалу державшийся особняком, постепенно стал частью группы. Его угрюмая молчаливость уже не напрягала, а странные привычки — вроде того, как он проверял каждую тропинку или замирал, прислушиваясь к шорохам, — начали восприниматься как само собой разумеющееся. Он был надёжен, и это ценили. Димон даже начал подшучивать над его манерой хмуриться, когда кто-то слишком громко смеялся.

Однажды вечером, у костра, Катя, глядя на Валька, который в стороне, тихо шепнула мне:

— Знаешь, достаточно просто бродить возле людей, чтобы они в какой-то момент почувствовали дискомфорт, когда тебя не будет рядом. Похоже, это про Валька.

Мы тогда посмеялись. А блондин, будто почувствовав, бросил на нас короткий взгляд и привычно нахмурился.

И, наконец, показались врата Авалона.

Сунь Укун стоял у входа, его мохнатая фигура застыла в ожидании, словно он уже знал, что мы прибудем именно в это время.

Он ухмыльнулся, обнажив острые зубы, когда я протянул ему бочонок с пивом, который мы добыли во Внешних Землях.

— Ну, вы заматерели, ребятки! — весело сказал он, хлопнув лапой по бочонку так, что тот загудел, как барабан. — Доставили пойло и все живы! Не то что живы, вас даже больше стало, ха-ха-ха. Впервые такое вижу! Где вы откопали эту гору мышц?

Мы рассмеялись, Милена хлопнула Валька по плечу, и уголки его губ впервые дёрнулись в жалком подобии улыбки. Катя тоже слегка улыбнулась, хотя её глаза оставались мрачными, будто тень накрыла её лицо. Димон, как всегда, не удержался:

— Да это ещё что! Мы вот за пивом для тебя через все горы таскались! Прикалываешься что ли? — хохотнул он. — Мы-то думали там что-то важное!

— А то! Важное! Еще как важное! Отметим же ваше путешествие, герои! Чую, улов у вас, что надо! — гордо сказал Сунь Укун, взмахнув лапой.

Мы невольно вздрогнули, когда перед нами вдруг появился деревянный столик, уставленный массивными кружками из тёмного дерева, украшенными резьбой в виде драконов.