— Неужели… — не в силах вымолвить и звука Андрей, укрыл ладонями лицо и затрясся в немых рыданиях. — … Боже… У меня нет таких денег!

Круглов только хмыкнул.

— Есть! — Опроверг Валерий Иванович. — У вас есть такие деньги, и есть шанс частично исправить положение.

— Что вы имеете в виду? — загорелся Андрей.

— Если вы подробнейшим образом расскажете о своих отношениях с Осиным, возможно, я смогу скосить сумму до семи, нет даже шести тысяч в месяу.

— Спрашивайте… — Круль понуро повесил голову.

— Нет, милейший, вы уж сами поведайте трогательную историю дружбы бедного мальчика из простой семьи и баловня фортуны профессорского внука. Желательно сначала и с красочными подробностями…

— Как я его ненавижу, — прошипел сквозь зубы Андрей. — До умопомрачения, до тошноты, до дрожи в коленках. Убдюдок…

Началось все с большой и светлой любви. Иначе назвать восхищение, которое настигло Андрея во время знакомство с Виктором, было невозможно. Они сдавали вступительный экзамен по математике, Осин — тогда еще безымянный сосед, по столу — улыбнулся, протянул листок с заданием и попросил:

— Помоги, друг. Голова совсем не варит.

Казалось бы, пять слов — ничего особенного, а жизнь заиграла новыми красками, наполнилась смыслом. Андрей решил задачи, Виктор в благодарность пригласил его на вечеринку и еще до наступления полночи Круль приобщился к выпивке, картам и сексу. До того: отличник, примерный сын, застенчивый и что греха таить, нудный малый, он не пил, не курил, вовремя возвращался домой, смотрел телевизор и удивлялся, почему жизнь серая и скучная проходит мимо.

Утром Осин повез нового приятеля из общежития кулинарного училища, где проходила вечеринка, в Отрадное. По дороге ребята заглянули в ресторан.

— Надо позавтракать, — сказал Виктор. — У бабки вечно одни каши…

Даже, накопив обиды на Осина, Андрей не мог забыть впечатления тех невероятных дней.

— Понимаете, я был обычный парень. А тут рестораны, деликатесы, клубы, антиквариат. У меня от счастья — как же попал в сказку — голова шла кругом. Больше всего меня поражало, что Витя выбрал в друзья именно меня, такого заурядного, что тратит на меня свои деньги и время. Со временем, однако, иллюзии развеялись. Виктор меня откровенно использовал. С первого вступительного экзамена и до последней точки в дипломе, все: курсовые, самостоятельные, чертежи делал за него я. После института ситуация не изменилась. Я вкалывал за Осина в НИИ, куда мы попали по распределению. И когда мы организовали собственный бизнес, я взвалил на себя большую часть работы.

— За все приходится расплачиваться. За красивую жизнь особенно, — буркнул Круглов.

— Дело не в этом. Я старался не ради красивой жизни. Когда у Витьки ни было ни копейки, мое отношение к нему не менялось. Я оставался таким же преданным фанатом. Не удивляйтесь высокому стилю. У Виктора талант притягивать к себе людей. Но это злой талант. У Виктора эгоцентрическая натура, он думает только о себе. Те, кто искренне привязались к Осину, жестоко поплатились за свою доверчивость. — Круль тяжело вздохнул. — Ради своего «хочу» Виктор угробил не одного человека.

Валерию Ивановичу хотелось спросить: что значит угробил? Каким конкретно образом? Однако, глядя в иссушенные болью глаза Андрея, задать вопрос, не решился. Промолчал. Сдержал любопытство. Попросил только:

— Кого, например?

— Меня, Галю, других… — Круль задумчиво глядел в кофейную тьму и кусал от волнения губы.