— Ну? — немногословно потребовала Лиза, едва я отпустил поручика и вошёл в комнаты.

— Что — ну? — спросил я, обнимая за тонкую талию жену.

И ведь алия у неё не сжата корсетом. Как-то быстро после родов Лиза восстановилась и, как на мой предвзятый вкус, ещё больше похорошела. Хотя куда еще больше⁈

— Не томи же, изверг! — едва ли не простонала она.

Я мягко усмехнулся, но это не остудило её пыл.

— Что в письме было? Или тайна, и нельзя мне рассказать? — настаивала Лиза.

Как болеет за меня супруга! Как горячится! Приятно.

— Андрея Яковлевича Фабра за его успехи в Екатеринославской губернии назначают генерал-губернатором учрежденного генерал-губернаторства Новороссии. Мне же надлежит следить за Екатеринославской губернией и во всем держать отчет Фабру, — усмехнулся я.

— В Петербурге, что же, не знают, что ты уже давно управляешь всей губернией? — удивленно спросила жена.

Я ласково погладил её по плечу, и она прижалась щекой к моей руке.

— А столица далеко, много от туда не увидеть. А ты готова стать в будущем госпожой губернаторшей?

— А церковь второй раз позволит венчаться с губернатором? А он старый? — в моем стиле пошутила Лиза.

Правду говорят: с кем поведешься, от того и наберешься.

Глава 13

Известие об объявлении войны меня застигло в Александровске. Там я был с делегацией, инспектировал готовность города к началу военных действий. Я не помню, когда точно началась война в иной реальности, но кажется, что в октябре 1853 года. Сейчас же был еще сентябрь, двадцать первое число. А я все думал, что уже и не будет войны. Нет, даже раньше, чем в иной реальности началась.

Интересно, что именно повлияло на решение османов объявить Российской империи войну, именно турки объявили, а не мы. Может то, что стала развиваться Екатеринославская губерния? Или я своими разговорами, или действиями во время Венгерского похода русской армии, сдвинул сроки? Не столь важно. А вот то, что я могу влиять на глобальные события — это главное. И предстоит так выкрутить ситуацию, чтобы историю перевернуть. И почему-то, если у меня все получится, я жалею лишь о том, что группа Любэ лишиться своего хита. Не будет Расторгуев петь «Не валяй дурака, Америка… Отдавай-ка Алясочку взад». При величии России нет никакого смысла отдавать хоть пядь русской земли.

Что характерно, в городе я находился не по собственной воле, хотя и сам собирался туда поехать, а по распоряжению генерал-губернатора Андрея Яковлевича Фабра.

Мой начальник находился ещё в Петербурге, но уже оттуда слал приказы. Причём, эти распоряжения были деятельными, с решительными формулировками, не свойственными Андрею Яковлевичу, который даже в документообороте был человеком замкнутым.

Складывалось впечатление, что, либо Фабр резко преобразился и стал деятельным и работящим чиновником, либо он только писал бумаги под диктовку, и по указке их подписывал. Ну не видел я в последнее время у Андрея Яковлевича такой инициативы и работоспособности, которая у него появилась в Петербурге. Так что я был всё более убеждён, что Фабра использует кто-то другой. Даже можно предположить, кто именно. Учитывая болезненное состояние светлейшего князя Михаила Семёновича Воронцова, предполагая, что это он вызвал Фабра к себе, чтобы через Андрея Яковлевича из Санкт-Петербурга повлиять на процессы подготовки к войне.

Вполне грамотный и умный ход. С одной стороны, есть Фабр, исполнительный и уже имеющий определенный вес в политических кругах Российской империи.