Я мгновенно поднялся и бросился к упавшим бандитам. Двоим перебил глотки ногами, а последнего, бородатого обладателя ножика, схватил за макушку и поднял в воздух. Жёлтая роса немедленно заструилась по его штанам.

— Н-н-не н-н-надо… — стонал он. — Умоляю! Клянусь Аллахом, я не хотел! Меня заставили…

— Вот! — наставительно изрёк я. — Вот это я понимаю! До такого уровня актёрского мастерства мне ещё далеко…

— Ч-что? — изумился Рулон.

Он никогда не узнает, что очень натурально молил о пощаде. Я почти поверил, что его действительно заставили ковырять меня ножом. А потом раздавил его голову, как гнилой орех.

После Альфачик подошёл ко мне и ткнулся мокрым носом в раненое плечо.

— Да полечусь я, полечусь, — отозвался ему.

Сперва только осмотрюсь. Тел было множество. Все наёмники мертвы. Кроме их командира. Пуля пробила ему лёгкое, кровь, пузырясь, выходила из раны, но Геннадий Павлович был ещё жив. Его рука слепо шарила в пыли.

Я подошёл, присел на колено рядом и вложил в неё меч командира. Помог подтащить его к груди. Геннадий Павлович хрипло попросил:

— Убей… Убей их всех.

После чего испустил дух. Я не успел сказать ему, что обязательно перебью всех этих гадов до единого. Они недостойны не только топтать эту землю, но и дышать её воздухом.

И скоро я это исправлю.

* * *

Самым сложным было не сорваться и не начать убивать ублюдков без разбора. Всё-таки в их руках находились мать и дочь Билибины, а это заложники. Сперва нужно их обезопасить. К счастью, я уже знал как.

С Лютоволка я пока снял змеиный пояс. Сам он им управлял не умел, поэтому артефакт по-прежнему скрывал его от меня. А это неудобно, когда зверь выслеживает для тебя врага. А перед этим не забыл обработать раны заживляющими мазями и принял целебное зелье.

У нас было преимущество. Нас считали мёртвыми. Правда, благодаря Альфачику я знал, что нас заметили. Тот вшивый аристократик всё ошивался неподалёку. Судя по всему, видел, что произошло, и сейчас пытался затаиться, чтобы потом присвоить часть моей добычи себе.

Я не стал его трогать. Пригодится как отвлекающий манёвр.

Банда хорошо замела следы. В километре от перевала протекала небольшая река, и после неё след обрывался. Но Лютоволк обладал способностью чуять магическую ауру. Бандиты ею не обладали, как простолюдины (пусть и подготовленные к борьбе с дворянами), зато ею обладали сами аристократы. Герцогиня с дочерью. Ну и этот хлыщ трусливый, что плёлся за нами.

После горной речушки мы углубились в горы, затем оказались в ущелье, которое сужалось всё больше, пока не вывело нас в небольшую долину с чахлыми ёлками. Здесь-то мы и подстерегли пару патрулей, что отправились за Рулоном.

Чтобы нас не заметили раньше времени, я использовал маскирующую мазь. Состав поглощал ману, что протекала по мана-каналам близко к поверхности кожи, и делал меня невидимым. Реально невидимым. Я даже своих рук не видел. Только дрожание воздуха, как над дорогой в жару. Правда, пришлось раздеться догола и спрятать одежду в кольцо. Глупо было мазать мазью меховую жилетку. На меня самого едва хватило одного тюбика. А на Альфачика я нацепил змеиный пояс.

С первым патрулём мы расправились быстро. Альфачик отгрыз голову одному, а я сдёрнул с лошади другого. Упав, он голову об камень разбил. Не то чтобы я не планировал его убить…

А вот со вторым патрулём мы немного прокололись. Лошади — чувствительные животные. Мы оказались с наветренной стороны, и они, учуяв Альфачика, забеспокоились. К тому же всадников было трое, и один успел что-то там вякнуть, чем привлёк внимание банды. Видимо, их логово было уже совсем недалеко.

Правда, нам повезло. Женщина, единственная во всей банде и похожая на мужика больше, чем сами мужики, схватила того аристократа-хлыща, что по-прежнему следил за нами.