– Ну же! Ну! – подгоняла его Кристина.

Тимур прислушался и стремительно шагнул к двери.

– Извините, ради бога! – прозвучал его голос уже из коридора.

– Это вы меня извините! – запричитала секретарша Танечка. – Надо срочно солью посыпать. Пойдемте в буфет. Соль отлично помогает. Вот увидите – не останется и следа.

Кристина поняла, что Тимур пожертвовал ради общего дела своим роскошным английским костюмом.

Полоска загрузки вдруг замерла, а потом рванула, словно бегун на длинные дистанции на финишной прямой. С облегчением выдохнув, Кристина вытащила флешку, и, как оказалось, вовремя. Дверь распахнулась, и в комнату влетела Танечка.

– Извините, я совсем забыла! – Она бросилась к компьютеру, где предательски белел открытый документ, и допечатала несколько слов. Зажужжал принтер и выдал лист бумаги. – Матвей Максимович просил срочно! А Тимур Михайлович… Он сейчас…

По-хорошему, Кристине нужно было предупредить Танечку об ошибках в тексте, появившихся с ее легкой руки, но секретарша так стремительно выскочила за дверь, что она даже рот не успела открыть.

– Ну что? – В дверях стоял Тимур и улыбался. Пола его пиджака была густо усыпана солью.

– Все хорошо. Поехали!

У двери в луже кофе валялся пустой стаканчик. Кристина подняла его и бросила в стоящую неподалеку урну, чтобы хоть частично загладить вину перед Танечкой. Впрочем, она ее не испытывала, от слова «совсем». Наоборот, была довольна, как ловко им с Тимуром удалось выполнить поручение Лебедева. Осталось только дозвониться до бывшей супруги Новикова, договориться о встрече, например на завтра, и можно считать, что день удался. Но получилось еще лучше.

Голос у Екатерины Владимировны Новиковой (после развода и нового замужества она оставила фамилию первого мужа) был мягким, спокойным. Даже слова Кристины об уверенности обитателей «Райского сада» в том, что Сергей Егорович жив, не смогли взволновать ее.

– От меня-то вам что нужно? – спросила она. – Не думаете же вы, что я прячу его в своем доме.

– Нет, конечно, – поспешила уверить ее Кристина. – Просто хотелось поговорить с вами, и желательно не по телефону. Нам нужна любая информация о Сергее Егоровиче. Мы пытаемся понять, есть ли вероятность того, что он решил так неожиданно исчезнуть, не предупредив людей, с которыми жил и которые в каком-то роде несли за него ответственность.

– То есть хотите составить что-то вроде его психологического портрета?

– Можно и так сказать, – согласилась Кристина.

– Вы – психологи?

– Нет, частные детективы.

– Даже так? – Голос Екатерины Владимировны переполнял сарказм. – Поговорить не по телефону – это вряд ли. Я живу в Белых Калитках, это достаточно далеко от города, и в обозримом будущем выезжать из дома не планирую.

Вот это удача! У Кристины даже ладони зачесались от такого везения. Белые Калитки находились примерно в пяти километрах от Лукоморья, коттеджного поселка, где стоял дом Тимура, и они ежедневно минимум два раза в день проезжали по его центральной (и единственной) улице, о чем Кристина и поспешила сообщить собеседнице.

– В Лукоморье? – поразилась та. – Неужели частные детективы в наше время так хорошо зарабатывают?

– Мы еще консалтингом занимаемся, тоже выгодное направление, – заверила Кристина.

– Ну тогда заезжайте. Дом номер пять, с красной крышей.

Глава 16

На завтрак были сырники, золотистые и очень высокие – прямо как три обычных, которые готовила иногда Ася, положенные друг на друга. Такие Рыбак в последний раз ел у своей бабушки, лет двадцать назад. Та называла их «пухкими», и они действительно были толстенными и мягкими, как пух.