Правда, когда я уставился в засушенные глазки, плавающие в парящей фиолетовой жидкости, мне и чай расхотелось.

– Как бегу я от тухлого смрада, от вони ужасной…  Вот так влечёт меня, моя отрада, к тебе прекрасной! – Лекарь, прикрыв глаза, так и болтал несусветную чушь.

Я с лёгкой паникой рассматривал на полках банки с заспиртованными животными и частями тел. Люди это или другие разумные расы, я не знал. Но симпатии у меня к этому огру точно не было.

– Где моя команда?

– Здесь так не катит, – покачал головой Пурбуль, – Сначала надо завести дружеский разговор…

– Здесь, это где?

– В Японии, нубасик, – огр прищурил глаза, – Ты что ж, не видишь, во что мои менады превратились?

Он показал на гейшу, храпящую в зале. А потом ещё крякнул, отогнулся назад и, выудив из-под трона, натянул себе на голову соломенную шляпу. Когда он так нарядился, улыбаясь мне, я догадался, что и его аляпистый халат тоже японского покроя.

Он ещё выудил оттуда самурайскую катану в ножнах и сделал грозное лицо.

Вообще, это было удивительно, что греческий Дионис воплотился в какого-то огра в Японии. Да ещё и распивает не сакэ, а почему-то именно коньяк.

А впрочем, что я понимаю в древних духах? Может, они при жизни в одном месте жили, а потом решили попутешествовать и попробовать новенькое.

– Ну, давай, новичок, – огр сложил руки на груди, обняв катану, – Значит, ценишь свою команду?

Я кивнул, раздумывая над тем, как лучше ответить.

– Предлагаю сыграть в одну древнюю игру, – улыбнулся Пурбуль.

Тут он положил меч. Потом выплеснул коньяк, выплюнул в чашку красный перчик и с хлопком перевернул её на стол. Вылил содержимое ещё из двух чарок, и поставил так же.

Улыбнулся.

– Знаешь такую игру?

Я кивнул.

Толстые руки с такой неожиданной ловкостью начали перемешивать чашки, что я сразу потерял из виду ту самую. Но зато во мне проснулся «сборщик семян», и, когда огр остановился, я уже знал, где лежит перчик.

Мой палец коснулся, но Пурбуль поднимать не стал.

– А, нечестно, – он покачал головой, – Ты ж ремесля.

Вскочил, быстро пробежался вдоль полок, и, подхватив крохотную фляжку, вернулся обратно. Капнул по капельке на донце каждой чарки, и снова стал крутить их.

Руки остановились, и я с изумлением понял, что теперь не чувствую перца. Навык земледельца упирался в какую-то завесу. Да ну твою за ногу!

– А вот так уже лучше, – довольно сказал огр, – Ну, угадывай.

Я задумался, повёл рукой над одной, над другой, над третьей… Блин, от этого зависит судьба моих ребят.

Тут же моя рука вернулась назад, и я уверенно ткнул пальцем.

– Тут.

– Да ты ж игруля новичковый! – выругался огр, подняв чашку, под которой оказался перчик.

Он снова перетасовал чашки, и я опять ткнул в чашку, только левее.

– Хм-м-м, – задумался огр.

Говорить о том, что «воля лидера» распространяется и на интуицию, я не собирался. Играй я на что-то другое, то не угадал бы, но от выигрыша зависела судьба команды, и тут «воля лидера» работала напрямую.

В третий раз чашки перетасовались. И снова тот же результат – я показал на чарку с перцем.

Столик полетел в сторону вместе с криком огра:

– Нечестно!!! – он бахнул кулаками, а потом прихватил стоящий рядом кувшин и мигом опорожнил его, откусив даже при этом горлышко.

Смачно отрыгнув алкогольным духом, Пурбуль утёр рукавом губы. Потом протянул руки к мечу и сказал:

– Значит, поиграем в другую игру.

Я напрягся:

– Нет.

– Что значит, нет? – Пурбуль оскалился, – Я не договаривался с тобой ни о чём.