Бес появился рядом, прижимаясь к моей ноге, как испуганная собачонка при виде волкодава. Я бережно передал ему пацана.

— Смотри за ним.

— Да что с ним будет? — пискнул Григорий. — Тут от нас сейчас мокрое место останется.

— Следи, сказал.

А сам неторопливо переобулся, а то неправильно надетые сапоги уже начинали натирать мозоли. Затем вывернул куртку и поднялся. Тяжело.

Сил, понятное дело, не прибавилось. Да и откуда бы им взяться? С трудом устоял на ногах, переждав момент, когда перед глазами все помутилось. Хуже всего сейчас брякнуться в обморок, тогда пафосного выхода не получится. Но вроде обошлось.

Тело походило на мою машину. Скрипело, пыталось не развалиться на части и работало из последних сил.

Я неторопливо направился к лешему, стараясь не качаться из стороны в сторону. Хозяин леса глядел на меня испытывающе, будто бы даже с любопытством. Да, в последнее время на меня часто так смотрят. Почти привык уже.

Добраться до лешего в моем-то нынешнем состоянии было сравнимо с подвигом. С которым я с блеском справился. Остановился перед «деревенским» мужичком.

Забавно, ростом я оказался выше него. Однако создавалось ощущение, что леший глядел сверху вниз. И на плечи опустился невидимый пресс. Спина заныла, и без того забитые мышцы еще больше отяжелели, а суставы грозили развалиться прямо здесь. Не знаю, что помогло мне выстоять. Более того, я даже взгляд не отвел. Выдержал, после чего давление постепенно исчезло. А я низко поклонился, как того требовал обычай:

— Здравствуй, батюшко.

Леший помолчал еще немного, а потом заговорил.

Глава 21

— А тебе, рубежник, я здравия желать не буду.

Голос лешего звучал глухо, басовито. Однако никакой дополнительной силы я не почувствовал. Нечисть, если можно вообще назвать так хозяина леса, просто говорила. Без всякого намерения прибить меня прямо сейчас. И это внушало сдержанный оптимизм.

— Обманул ты меня, схитрил. Дары занес, сам к чертям шмыгнул. Я и решил, что у них твое главное дело. Даже следить перестал.

Леший вздохнул, явно досадуя на собственную промашку. Однако продолжал смотреть на меня, будто бы пытался прожечь. Интересно, почему у большинства нечисти зеленые глаза? Ответ «потому что у мамы такие же были» не принимается.

— А ты вон чего удумал. Лешуху убил.

Я стоял, терпеливо выслушивая обвинения. Собственно, довольно справедливые. Все было именно так, как и рассказывал леший. Правда, с небольшими деталями. А терпеливо — потому что не в моем положении было рыпаться и чего-то предъявлять.

— Есть что ответить?

Видимо, по традиции жанра, я сейчас должен извиняться и умолять, чтобы он меня не трогал. Так? Всегда любил не оправдывать чужих ожиданий. Вот и теперь не собирался ползать на коленях и выпрашивать оставить меня в живых. Время удивлять лешего.

— Все верно ты сказал, батюшко. Убил. А представься такой случай, еще бы раз так сделал.

Леший заскрипел зубами. Едва ли он показывает, какой у него тут в чаще крутой стоматолог. Скорее, ответ ему очень сильно не понравился. Но у меня было еще что сказать по этому поводу.

— Мальчишку твоя лешуха похитила. И если бы не я, так погиб бы он на днях. Температура у него уже. Жара спадать начала, а у него вместо одеяла — пожухлая трава.

— В своем праве лешуха была! — сердито сказал леший.

Не знаю, что со мной случилось. Хорошей стратегией поведения сейчас было бы молчать в тряпочку, сокрушаться и надеяться на милость нечисти. Но слова, которые я слышал уже не раз, стали явным триггером. Меня будто с катушек сорвало. И это хорошо, что сил почти не было. Иначе бы лешему еще и в бубен зарядил.

— В своем праве⁈ Сначала черти простых людей в лес заманивают.