Меня пробрало до мурашек. И не только от пронизывающего холода камня, а от атмосферы чего-то непонятного. Мы же постоянно примеряем на себя уже испытанный опыт, пытаясь наложить на происходящее. Вот раньше я никогда не спускался по длинному коридору в пещере, поэтому оказался в некой растерянности.

А когда впереди чиркнула зажигалка, чуть не подскочил на месте. Хорошо, что удержался, иначе бы приложился головой об острый потолок. Зато появился слабый свет. Затем звук повторился, и света стало больше. Я разглядел фигуру старика, зажигающего свечи. И весь страх куда-то ушел.

Когда я добрался до небольшой залы, то с удивлением стал рассматривать окружающие меня предметы. Судя по всему, Васильич был неплохим скульптором. На основной стене, в виде барельефа, оказались изображены какие-то диковинные существа, сражения и, судя по всему, боги. Это же сколько труда стоило подобное сделать? И времени.

Сам старик замер подле двух каменных статуй — женщины и паренька лет тринадцати. Они находились возле небольшого алтаря, на котором, помимо свечей, стояло нечто вроде то ли толстой флейты без дырок, то ли заготовки под сосуд. Но мощью от артефакта веяло колоссальной. Кощеевой. Видимо, это и есть та штука, с помощью которой правец перебрался сюда.

Однако я внимательно рассматривал именно статуи. Сделанные искусно, явно с любовью. И в свете зажженных свечей они казались почти живыми.

Я понял, что имел в виду Васильич, когда говорил, что здесь находится его память. Мы проживаем короткую жизнь, но порой забываем то, что было десять лет назад. Правец существовал множество веков. И именно здесь отмечал самые значимые для себя события, чтобы не забыть их. Старик приходил сюда, чтобы помнить!

— Они были навцами, — тихо сказал Васильич. — Навцы живут столько же, сколько и вы, явцы. Машельхе, наверное, давно умерла от старости. Как и мой сын.

Я вспомнил рассказы Васильича про его женщин и счастливый брак с Машей. Видимо, это и была она.

— Я утолил твое любопытство, Матвей? — спросил сосед.

— Да, — чужим, не своим, голосом ответил я.

— И что ты думаешь?

— Что нам надо как следует напиться.

Глава 15

Многие прилагают много сил, чтобы добиться желаемого результата. Вбухивают кучу денег, пытаются подметить все мельчайшие детали. А на выходе все равно остаются разочарованными.

Бывает и наоборот. Когда ты вроде не делаешь ничего необычного, а результат оказывается грандиозным.

Вот и сегодня так вышло. Мы сидели после бани, попивая охлажденное белое вино от Василя. Солнце уже скрылось, легкий прохладный ветерок нагнал туч, спрятав месяц на небе. А покой прерывали разве что уханье филина или скромное пение сверчков. Нечисть после сегодняшнего дня была тише воды, ниже травы, спрятавшись в доме. Их время настанет, когда мы все разойдемся. Тогда Митька с Гришей накатят и отправятся париться. Почему-то для этого они предпочитали как раз ночь или поздний вечер.

И самое главное, после всех треволнений на душе было удивительно спокойно. Даже хорошо, что ли. Я смотрел, как от разгоряченного тела идет пар, и понимал, что в данный момент меня можно назвать абсолютно счастливым. Непонятно, что тому было причиной — вино или вся совокупность факторов.

— Я это… — подал голос Костян, — типа даже по жене скучаю, что ли. Вот она рядом когда, думаешь: «Поскорее бы ушла куда-нибудь». А вот всего второй день, как уехала, — и не хватает ее.

— Любовь, — заключил Васильич.

— Отклонение, — не согласился я. — Тебе бы психолога нормального. Чтобы он ваших тараканов в ряд построил и заставил маршировать в ногу.

— Ошибаешься, Матвей, — возразил мне на правах невероятно опытного человека сосед. — Любовь — она разная бывает.