— Похоже, этого места он не знает, — говорит Сай. — Пойдем на другую улицу.

Квартал сменяется новым кварталом, пере­кресток — перекрестком, и ничего ровным сче­том не происходит. Джоплин — небольшой го­род, но не настолько, чтобы человек знал в нем каждый уголок.

Наконец ребята оказываются на главной улице. На ней, как и в любом другом городке, множество ресторанов и магазинов. Улица как улица, но...

— Стой! — говорит Сай.

— Что такое?

— Он знает это место. Магазинчик, где прода­ют мороженое. У меня во рту появился вкус мо­роженого с ароматом дыни. Я его, кстати, тер­петь не могу.

— Зато ему, думаю, нравилось.

— Да, его любимое мороженое, — кивает Сай­рес. — Что за чушь.

Сай указывает рукой на магазинчик и мед­ленно отводит ее влево.

— Вот, вот. Он идет отсюда... — объясняет он, затем так же медленно отводит руку вправо. — Купил мороженого, вышел и пошел сюда.

— Так что, пойдем туда, откуда он пришел, или туда, куда ушел?

Сай решает пойти налево, но выясняется, что они у спортивного центра. В голове маль­чика появляется образ рапиры, и все становит­ся понятно.

— Он здесь занимался фехтованием.

— Рапира — это, кстати, блестящий предмет, — замечает Фрай.

Если бы он не попал прямо в цель с этим за­мечанием, Сай посмотрел бы на него как на идио­та. Но Фрай прав: рапиры действительно сверка­ют. Интересно, думает он, крал ли этот парень рапиры? Ему почему-то кажется, что крал. Есть, кстати, даже такая традиция — красть рапиры у команды противника. Это один из священных обычаев, почитаемый всеми в мире фехтования.

— Туда, — говорит Фрай, указывая направле­ние. — Он, наверное, из школы шел, а по дороге с купил мороженого. А потом пошел домой. Туда, верно?

Ответ приходит к Саю горячей волной, за­родившейся в голове и прокатившейся по все­му телу. Лосось? Да нет, скорее уж рыба-пила, учитывая страсть парня к рапирам. Сай чувст­вует себя акулой на крючке, и чья-то сильная рука неутомимо тянет за леску по направле­нию...

— К дому, — говорит он. — Точно, домой.

На дворе ранние сумерки. По улицам бега­ют мальчишки и девчонки; у половины машин уже включены фары. Для всех они — пара мест­ных парней, направляющихся по своим делам, а у ребят вечно находятся какие-нибудь неот­ложные дела. Никто не обращает на них внима­ния. Есть только одна проблема — приблизи­тельно в квартале от них парни замечают поли­цейскую машину, отъезжающую от тротуара.

Пройдя мимо магазинчика мороженого, Сайрес замечает в себе перемены. Меняется походка и манера держать себя. Все мимичес­кие мышцы приходят в движение, меняя выра­жение лица. Брови насуплены, челюсть слегка приоткрыта. Я — больше не я, думает Сай. Не­званый гость берет верх. Что делать: позволить ему прорваться на поверхность или за­гнать внутрь? Впрочем, момент, когда стоило начинать борьбу, уже миновал. Единственный способ покончить с этим ужасным раздвоени­ем — дать ему сделать то, что он хочет.

Рядом какой то парень.

— Сай, — зовет его он, и, хотя Сай понимает, что знает его, другая часть разума впадает в па­нику. Сай тут же понимает, в чем дело. Он за­крывает глаза на мгновение и пытается убе­дить живущего в его голове парня, что Фрай — это друг, а не враг. Непрошеный гость, похоже, понимает, потому что паника постепенно сти­хает.

Дойдя до угла, Сай поворачивает налево, как будто делал это сотни раз. С трудам преодо­левая дрожь, он пытается понять, о чем думает чужая височная доля. Сосредоточившись, он начинает что-то чувствовать. Нервозность, раздражение.