Адмирал делает паузу и окидывает взглядом толпу, стараясь заглянуть в глаза каждому. По­хоже, он хочет запомнить в лицо всех, прежде чем закончится речь. Смотрит Адмирал строго и крайне внимательно. Рисе кажется, что ему достаточно одного взгляда, чтобы проникнуть в мысли каждого. От его пронзительного взгля­да становится страшно и в то же время в душе начинает теплиться смутная надежда. Никто не останется незамеченным в мире, созданном Адмиралом.

— Каждого из вас обрекли на разборку, но вам удалось сбежать, и при помощи моих много­численных союзников вы нашли путь сюда. Мне все равно, кем вы станете, когда уйдете от­сюда, но небезразлично, кем вы будете здесь, и, пока вы находитесь на моей территории, вы будете делать то, что мы от вас ожидаем.

Кто-то из толпы поднимает руку. Это Кон­нор, и Риса тут же начинает волноваться. Ад­мирал долго смотрит на мальчика, изучая его лицо.

— Да? — говорит он наконец.

— Так... кто вы такой все-таки?

— Как меня зовут — мое личное дело. Вам до­статочно знать, что в прошлом я был адмира­лом военно-морского флота США, — говорит Адмирал. — Впрочем, сейчас можно сказать, что я как рыба, которую вытащили из воды, — добавляет он уже с легкой улыбкой. — Совре­менные течения в политике привели к тому, что мне пришлось уйти в отставку. Закон тре­бовал, чтобы я смотрел в другую сторону, но я не захотел этого делать. И не буду. Никто из вас не попадет на разборку, пока я на вахте, — заканчивает он громким голосом, обращаясь к толпе.

Собравшиеся, включая ребят в военной форме, успевших уже стать частью маленькой армии Адмирала, аплодируют, и начальник широко улыбается, показывая набор превос­ходных, белых и абсолютно ровных, зубов. Это странно, потому что зубы сверкают, как новенькие, хотя все остальные части тела со­старились и напоминают узловатые суки древ­него дуба, покрытые жесткой, шероховатой корой.

— У нас здесь сложилось целое сообщество. Вскоре вы узнаете, по каким правилам оно су­ществует, и научитесь жить по ним. Если вы им подчиняться не будете, столкнетесь с по­следствиями, как в любом обществе. Здесь у нас не демократия, а диктатура. Диктатор — я. Это вопрос необходимости. Единственный возможный строй, при котором мы можем со­хранить в тайне ваше местопребывание, а вас самих — здоровыми и целыми, — говорит Ад­мирал, снова награждая слушателей своей блистательной улыбкой. — Мне нравится ду­мать, что я великодушный диктатор, но у вас еще будет возможность судить об этом самостоятельно.

Закончив речь, Адмирал одновременно за­канчивает осмотр лиц всех новичков. У всех создалось впечатление, что их просканировали, как продукты на кассе в супермаркете, и снабдили ярлыками с соответствующей ценой.

— Сегодня вы будете спать в кубрике для но­вичков. Завтра вам предстоит показать, на что вы способны, и по результатам теста каждый из вас будет откомандирован в соответствую­щий отряд, где и будет находиться постоянно. Пока же мне остается лишь поздравить вас с прибытием!

Адмирал делает паузу, чтобы убедиться, что его слова дошли до всех и вопросов нет, а затем возвращается в электромобиль и покидает мес­то посадки, скрывшись в облаках красновато-коричневой пыли.

— Может, лучше, пока не поздно, вернуться в корзину? — спрашивает какой-то умник, насме­шив парочку приятелей.

— Внимание, внимание! — кричит парень с ме­гафоном. — Мы проводим вас до самолета, в ко­тором хранятся запасы. Там вы получите одеж­ду, пайки и все, что нужно.

Ребята знакомятся, и выясняется, что обла­дателя громкоговорителя кличут Мегафоном, а водителя адмирала — Дживсом.