— Я имею в виду, Слово и Бог — одно и то же? То есть я вот что хочу спросить: Слово, Бог и Мать-Природа — одно и то же? Может, они выполняют разные дела: например, Бог создает людей, а Слово — лесные создания, а Природа-Мать — деревья? Или аллах отвечает за одну расу и одну часть мира, а Будда — за другую? Ты как думаешь?

Пик смотрел на нее, не мигая.

— Ведь у разных стран и разных рас версии Бога отличаются. Их религии учат их тому, кто такой Бог и как в Него надо верить. Иногда разные религии имеют похожие обряды. Но никто не может согласиться с тем, чей Бог — настоящий. Каждый настаивает, что только их. Но если Богов несколько, то какая разница? А если Бог один и Он все создал, то зачем спорить, называть его Богом или Словом? Это все равно, что спорить, кому принадлежит парк. Парк — он же для всех.

— У тебя что, приступ идентификации? — спросил ее Пик.

— Нет, просто хочу знать, во что веришь ты.

Пик вздохнул.

— Верю в то, что создания вроде меня страдают от непонимания и отсутствия признания. А еще верю, что моя вера не имеет значения.

— Для меня — имеет.

Пик пожал плечами.

Нест стала смотреть себе под ноги.

— Я думаю, твои мысли необоснованны.

— Что толку в этом разговоре?

— Толк есть. Я хочу знать, кто меня создал. — Нест глубоко вздохнула, чтобы успокоиться. — Хочу знать только одну вещь. Потому что я устала от всего этого: быть не такой, как все, и не знать почему. Это дерево и я чем-то похожи. Дерево — не то, чем кажется. Оно могло вырасти из семечка очень давно, но потом его напичкали магией и сделали темницей для мэнтрога. Кто это сделал? Кто принял решение? Слово, или Бог, или Мать-Природа? И вот я думаю: как насчет меня? Кто меня создал? Я не похожа на остальных, верно? Я человек, но владею магией. Могу видеть пожирателей, когда никто больше их не видит. Знаю про другой мир, тот, откуда ты, а больше никто не знает. Ты не понимаешь? Я в точности как это дерево, во мне встретились два мира и две жизни — но я не чувствую себя принадлежащей полностью ни к одному из миров.

Она сняла его с плеча и посадила на ладонь, поднеся к лицу.

— Посмотри на меня, Пик. Мне не нравится пребывать в заблуждении. Не нравится свое чувство непринадлежности. Люди забавляются, глядя на меня, даже если не уверены, кто я такая, просто понимая, что я от них отличаюсь. Даже мои друзья. Я пытаюсь не позволить им задевать меня, но иногда это происходит. Как сейчас. — Она ощутила, как к глазам подступают слезы, и попыталась подавить их. — Так, может быть, мне поможет, если узнаю о себе, даже если вся правда заключается в том, что Бог и Слово — одно и то же. Даже если дело лишь в этом, я могу знать, что не слеплена из разных частей, как какая-то отщепенка, а представляю собой нечто целое и завершенное для выполнения своей задачи!

Пику было явно неуютно.

— Ужас, Нест. У меня нет особых знаний о том, из чего сделаны люди. Ты мне не кажешься отщепенкой, но я только лесовик, так что моим мнением можно пренебречь.

Она сжала губы.

— Может, для меня твое мнение значит больше, чем ты думаешь!

Он издал тяжелый вздох, потеребил свою клочковатую бороду и уставил на нее пронзительный взгляд.

— Мне такие разговоры не по нутру, так что давай покончим с любезностями. Ты спросила, верю ли я в то, что Бог и Слово — одно и то же. Я верю. Ты можешь называть Слово любым именем — Бог, Мухаммед, Будда, Мать-Природа или Филин Дэниел, это ничего не меняет. Все они суть одно, и это одно создало все вокруг, включая тебя. Поэтому тебе лучше оставить эту чушь, будто ты слеплена из разных частей, а горстка недовольных божеств пытаются подогнать тебя под свои стандарты.