Тварь взревела, и от ее вопля задрожали стены. Все оставшиеся крысы разлома, десятка три голов, бросились на меня одновременно, жертвуя собой, чтобы дать королю шанс на решающий удар.

Именно этого я и ждал.

Вместо того чтобы уворачиваться, я шагнул навстречу волне, позволив тварям облепить себя. Их зубы и когти рвали плоть, оставляя десятки ран, и боль была чудовищной, но она сейчас была мелочью. Важно было то, что они были рядом. Все разом. В пределах досягаемости.

— Техника Девяти Врат Преисподней, — слова сорвались с губ, как молитва. Подобные техники, в моем состоянии, намного лучше озвучивать иначе траты энергии становятся запредельными. — Врата Голодного Духа.

Чёрное солнце в груди полыхнуло, выплеснув волну силы, которая прокатилась по залу, как ударная волна. Волна чистого голода, которая ударила по каждому живому существу в радиусе десяти метров.

Крысы умерли мгновенно.

А их жизненная сила была вырвана из тел одним рывком, как пробка из бутылки. Тридцать тварей превратились в иссушённые мумии за долю секунды, и вся их энергия хлынула в моё ядро.

Шестьдесят восемь процентов. Семьдесят.

Король пошатнулся, задетый краем волны. Он был слишком силён, чтобы умереть от такой атаки, но удар его ошеломил, на мгновение лишив контроля над телом. И мне этого хватило.

Я сбросил с себя высохшие трупы и рванулся вперёд, вкладывая всю оставшуюся скорость в один рывок. Рука-копье ударила точно в центр груди твари, туда, где под кожей пульсировал духовный кристалл.

Пальцы пробили шкуру, мышцы, хрящи. Боль в руке была поистине адской, острые края кристаллизированной плоти впились в кожу и мясо, разрывая их. Но я не остановился. Рука погрузилась глубже, и наконец пальцы сомкнулись на чём-то твёрдом, холодном и пульсирующем силой.

Я вырвал кристалл вместе с куском плоти, и король издал звук, который был больше похож на человеческий крик, чем на вопль твари. Три головы запрокинулись, шесть глаз закатились, и огромное тело начало заваливаться назад.

Но тварь ещё не сдохла и была настоящим бойцом. Центральная голова метнулась ко мне в последней, отчаянной попытке забрать врага с собой. Челюсти раскрылись, обнажая ряды зубов, и я понял, что не успею уклониться.

Свободная рука перехватила нижнюю челюсть твари, останавливая её в сантиметре от моего лица. Мышцы взвыли от напряжения, сухожилия затрещали, но я удержал. И пока тварь давила, пытаясь сомкнуть пасть, я смотрел ей в глаза.

— Ты храбро сражался, — прошептал я. — Для крысы.

Рука с кристаллом ударила ей в глотку, и тут же концентрированный выплеск некроэнергетики, пропущенный через кристалл, который сработал усилителем, взорвал его мозг.

Тело короля рухнуло, придавив меня своим весом, и следующие несколько секунд я провёл, выбираясь из-под туши размером с телёнка, матерясь сквозь зубы и пытаясь не утонуть в луже чёрной крови.

Когда наконец удалось встать, я позволил себе просто дышать.

Бой закончился, и крыса наконец-то сдохла. А я забрал то, зачем я сюда пришел.

Семьдесят пять процентов, и это с учетом того, что мои раны уже затянулись. Небо, как же я люблю охоту! Чёрное солнце в моей груди пело от восторга, переваривая столь вкусную добычу.

А я посмотрел на кристалл внимательнее. Небольшой, размером с фалангу пальца, мутно-зелёного цвета с чёрными прожилками. Духовный кристалл низшего ранга, но для меня он был поистине бесценен. Концентрированная эссенция некроэнергетики, идеально подходящая для моего извращённого ядра. Если я правильно понимаю его объем равен четверти, а то и трети моего запаса.

Зал был усеян трупами. Высохшие мумии крыс, тело короля в центре, лужи чёрной крови повсюду. Зелёное свечение кристаллов на стенах пульсировало медленнее, ведь разлом всегда становится слабее после гибели своего хозяина.