Тот покачал головой. Если верить тому, что передавали пограничники, спасать там действительно осталось только душу.

– Не такой конец пророчили семейству Зной, – грустно проговорил Брют, сжимая в кармане кожаный мешочек с разрыв-травой.

Он хотел уже пойти по следам пограничников, но Скат Иваныч его остановил и протянул руку.

– Этим воспользуюсь я.

Зам кивнул и отдал мешочек боссу.

То, что осталось от Зои, бежало в сторону леса. Припадало на одну ногу, помогало себе руками. Пограничники шли следом. Они не нападали и держали дистанцию. Был приказ не пускать тварь в лес.

Когда анафид хотел уже нырнуть в кусты на границе с городом, Зябликов ловко метнул струю пыли и откинул нечисть назад.

– Не трогай меня! – завизжала Зоя Зной не своим голосом. – Сами тени, меня тенью сделать хотите!

Волчков появился рядом с напарником, держа в руках веник из веток вереса.

– Велено в лес не пускать, – сказал он.

Анафид зашипел.

– Вас добьют, превратят в пыль! И не поможет вам ваш друг. А ведь он держит вас на земле своей волей! – Анафид плевался слюной.

– Закончил? – Скат Иваныч возник за спиной твари.

Демон медленно повернул сначала голову, из-за чего противно хрустнули позвонки, а следом и повернулся всем телом. Носом хлынула кровь. Зоя умирала.

– Для тебя сделаю паузу. – Бес улыбнулся во весь рот, даже шире, чем позволяло человеческое лицо. – А что, сегодня без своего знаменитого серпа?

Скат Иваныч засунул руку в карман и достал оттуда маленький кожаный мешочек.

– Знаешь, что это?

– Ты не успеешь даже узел распутать, – неуверенно рыкнул анафид. – Я сбегу быстрее.

Босс глянул из-под густых бровей на чудовище, которое захватило тело девушки. Когда-то молодое и сильное, а теперь сломанное, вывернутое и изувеченное. Ладони стёсаны до костей, ноги сломаны, как стоит – загадка. Кровь из носа заливает всё лицо. Одежда грязная и порванная. Зоя Зной когда-то была красавицей. А теперь…

Теперь это натянутая на скелет кожа.

– И что вам не живётся спокойно, – тяжело вздохнул Скат Иваныч. – Лезете вечно, нарушаете закон.

– Кто бы говорил про закон! – огрызнулся анафид. – Расскажи своим бойцам о своём прошлом! Расскажи, как попал в Стражу!

Брют удивлённо покосился на босса.

– Отмаливаю, что натворил в юности, – коротко ответил Скат Иваныч. – Не дадут мне покоя, пока я делом не докажу, что достоин. – Он перевёл взгляд на зама. – А лучше всего мои навыки можно применить в Страже.

Брют неуверенно мотнул головой. Стража – не исправительная колония. Но спорить с Роем он не стал. Если Ската Иваныча взяли, значит, на то была причина. Тёмных в эту организацию не берут.

– Хорош зубы заговаривать! – Голос босса эхом отразился от деревьев. – Ты знаешь, что тебя ждёт, прояви хоть немного чуткости, дай девочке спокойно уйти в Поле.

Анафид зарычал и бросился на стражника. Попытался выхватить из рук Ската мешок, тянулся зубами к шее. Изо рта смердело гниением.

Вспышка осветила площадь и ослепила участников битвы.

– В босса попал?! – послышался полный ужаса возглас Глеба.

– Нет, рядом, – спокойно возразил Брют.

Волчков и Зябликов оттащили анафида в сторону. Скат поднялся на ноги.

– Законами Ладного и Явного миров пользуюсь и приговариваю представителя всяких-разных, анафида-беса к полному исчезновению. От тебя не останется ничего, нет тебе места на ветвях Великого дуба.