– Но я полагаю, нет закона, запрещающего мне гарантировать оплату этих чеков персонально?

– Ваши личные дела, разумеется, не имеют никакого отношения к компании.

– Вот и подготовьте мне на подпись соответствующее письмо.

– Как вам будет угодно. Что нибудь еще?

– Да. Сообщите нашим работникам, что в следующий платежный день они получат зарплату наличными.

– Я это сделаю. Но могу представить себе, что произойдет, если денег не будет.

– Это уже мои трудности, – ответил Лорен. – Можете идти.

Они молчали, пока за Уорреном не закрылась дверь.

Потом Эджертон повернулся к Лорену.

– Где вы достанете денег?

– Что нибудь придумаю, – он глянул на закрытую дверь. – Какие последние известия от Дункана?

– Работы идут полным ходом. Не далее чем через месяц новые машины сойдут с конвейера.

– Хорошо. То есть мы вдвое сократили срок, запланированный Чарли Соренсеном у «Форда» на запуск новой модели. Шесть недель вместо девяноста дней, – он взял сигарету. – Как ты думаешь, он что то знает?

– С его шпионской системой? – и Эджертон сам ответил на свой вопрос:

– Наверняка.

– Но они ничего не предпринимают. Чего они, по твоему, ждут?

– Видите ли, сейчас они мало что могут сделать. Закрытие банков сыграло нам на руку. Банкиры заняты собственными проблемами, им сейчас не до нас. И до заседания совета директоров еще больше недели.

Лорен на мгновение задумался.

– Найдите Дункана и скажите ему: я хочу, чтобы первая машина сошла с конвейера через неделю, и мне все равно, как он этого добьется. Первая машина должна сойти с конвейера до заседания совета директоров.

– Нам придется приостановить работы по изготовлению автомобильных корпусов для «Форда», – заметил Эджертон.

– Так приостановите.

– Беннетт разозлится. Он может подать на нас в суд.

– Не подаст, – покачал головой Лорен. – Я все улажу с Эдзелем и Чарли Соренсеном, – он помолчал. – Слушай, а нет ли связи между Беннеттом и Уорреном?

– Я знаю, что они добрые друзья. Уоррен только что построил дом в Грос Пойнт по соседству с Беннеттом.

Лорен посмотрел на него.

– Как я понимаю, все закупки идут теперь через Уоррена?

– Идея эта неплохая. Централизованный контроль.

Мы теперь покупаем дешевле, чем раньше, когда этим занималось каждое отделение в отдельности.

– Идею я не оспариваю. Лишь полагаю, что есть смысл повнимательнее присмотреться к этим закупкам.

Эджертон улыбнулся.

– Нет возражений.

– А ты можешь сделать это так, чтобы он ничего не заподозрил?

– Пожалуй, да. В этот месяц мы обычно проводим годовую ревизию. Я лишь попрошу парней уделить несколько лишних минут закупочным контрактам.

– И держи меня в курсе, – Лорен встал.

Поднялся и Эджертон. Посмотрел на Лорена.

– Мистер Хардеман…

– Да, Уолт?

– Я рад, что вы вернулись.

– Дедушка! Дедушка! – приветствовали его голоса детей, едва он переступил порог.

Лорен широко раскинул руки, привлек к себе подбежавших Энн и Лорена Третьего. Чмокнул в щечку сначала девочку, потом мальчика.

– Как ты себя вел сегодня? – спросил он внука.

– Сегодня он вел себя хорошо, – ответила трехлетняя Энн. – За весь день он ударил меня только один раз.

– Один раз? – Лорен притворно ужаснулся. – Почему ты это сделал?

– Я заслужила, – пришла на помощь Энн. – Я ударила его первой.

– Помните установленные мною правила, – сурово продолжил Лорен.