На ее лице отразилась обида.

– Вы все таки разыгрываете меня. Я вас знаю. Видела вашу фотографию в «Лайфе». Вы – Анджело Перина – Совершенно верно, – кивнул он. – Но мне хотелось бы проходить у вас как неизвестный вам поклонник.

– Извините, мистер Перино. Кажется, я слишком много наболтала.

– Я вас прощу, если вы потанцуете со мной.

Она посмотрела на дергающуюся толпу, потом на него.

– Здесь? Или в бальном зале?

– Здесь, – и со смехом он увлек Элизабет на танцплощадку. – Я не так стар, как может показаться с первого взгляда.

Глава 12

Оркестр Мейера Дэвиса заиграл «Три часа утра», и звуки музыки проникли в легкий сон Номера Один. Он сел, нажал кнопку на столике у кровати.

Мгновение спустя в спальню вошел Дональд. Одетый как обычно, слоено и не ложился спать.

– Скажи Роксане, что я хочу ее видеть.

– Роксане? – удивился Дональд.

Номер Один посмотрел на него. Вспомнил, где он находится. Музыка разбудила в нем давние воспоминания.

Роксана то ушла. Много лет назад. Беда с этой памятью.

Людей пережить можно, а вот ее – нет.

– Помоги мне одеться. Я хочу спуститься вниз.

– Но бал почти закончился, сэр, – попытался остановить его Дональд.

– Плевать, – отмахнулся Номер Один. – Помоги мне одеться.

Двадцать минут спустя Дональд выкатил кресло из спальни. Первую остановку они сделали на балконе, выходящем на парадную лестницу.

Гости все еще толпились в дверях, ожидая, пока подадут их машины. Они весело болтали, и, похоже, не хотели расходиться.

– Знатный, видимо, был бал, – бросил Номер Один.

– Да, сэр, – согласился Дональд.

– Как думаешь, сколько пришло народу?

– Четыреста пятьдесят или пятьсот человек.

Номер Один посмотрел на толпу внизу. Люди не меняются. Они почти ничем не отличаются от тех, что приходили сюда сорок лет назад. Он повернулся к Дональду.

– Не хочу лезть в эту толпу. Давай спустимся на лифте в библиотеку.

Дональд кивнул и покатил инвалидное кресло обратно по коридору, в конце повернул в другой коридор и остановил кресло перед дверью лифта. Нажал кнопку вызова. Часы на стене сказали им, что до четырех утра осталось десять минут.

Дискотека опустела, лишь музыканты собирали аппаратуру и скручивали провода. В тишине, без гремящей музыки они чувствовали себя потерянными.

Анджело поставил бокал на стойку и посмотрел на Элизабет. Та, казалось, ушла в себя.

– По видимому, мы последние, – прервал затянувшееся молчание Анджело.

– Кажется, да, – эхом отозвалась Элизабет, оглядев темный зал.

– Похоже, вы в миноре.

Она подумала, потом кивнула.

– Так всегда бывает после большого праздника, – добавил Анджело. – Ждешь его, ждешь, вот он приходит, все рады и довольны, а потом кончается – и все! Одна пустота.

– Я выпила бы чего нибудь.

Анджело дал знак бармену.

– Нет, – Элизабет посмотрела на него. – Спиртное мне не помогает. Не нравится его вкус. Лучше бы покурить.

– У меня только сигареты.

– А у меня «травка», – она раскрыла сумочку, достала вроде бы обычную пачку, вынула сигарету с фильтром, сунула в рот.

Анджело щелкнул зажигалкой.

– А выглядят совсем как настоящие.

– Один деятель привозит их из Канады. В любой упаковке. «Кент», «Уинстон», «Мальборо», только заказывай, – она глубоко затянулась и хихикнула. – Надо лишь соблюдать осторожность и не угощать ими кого попало.