– Нет, – ровным голосом ответил старик. – У меня есть лучший вариант. Я вычеркну тебя из своей жизни.

Долго они смотрели друг другу в глаза. Наконец Лорен отвел взгляд.

– Я извиняюсь, – пробормотал он.

– Бармен, – Номер Один развернул кресло. – Налейте всем по бокалу.

В молчании бармен наполнял и разносил бокалы. Потом все повернулись к Номеру Один. Тот поднял бокал.

– Во первых, за дебютантку. Пусть она живет долго и счастливо.

Он лишь коснулся губами виски, пока они пили, и вновь поднял бокал.

– Но я хочу сказать вам кое что еще. Это последний бал в особняке Хардеманов. Когда мы с бабушкой строили его, то мечтали, что наш дом наполнится смехом нашей многочисленной семьи. Надежды наши не сбылись.

Наверное, никто из нас не думал, что наши дети и внуки пойдут своим путем и будут жить по своему. Может, и мечтать об этом не следовало, но теперь, раз все поразъехались, особняк мне ни к чему.

Завтра его закроют. В две три последующие недели некоторые дорогие мне вещи перевезут в Палм Бич, а в начале октября особняк перейдет штату Мичиган, и пусть они делают с ним все, что заблагорассудится. Вот почему я хотел, чтобы этот бал состоялся здесь. Чтобы напоследок люди еще раз оживили мой дом.

Номер Один оглядел всех. Еще выше поднял бокал.

– За особняк Хардеманов, за мою жену, за всех моих детей.

Поднес бокал к губам, а затем, после короткого колебания, выпил залпом. Закашлялся, на глазах у него выступили слезы, потом улыбнулся.

– Ну, что вы такие грустные, дети мои? Теперь вы видите, сколько предлогов требуется старику, чтобы выпить капельку виски.

Глава 13

Дэн Уэйман не одобрил его предложения.

– Знаете, Анджело; вы просите нас вылить из ванной воду до того, как мы успели смыть мыло. Мне кажется, так дела не делаются.

– Лучше остаться в мыле, но получить требуемое.

– А мы его получим? – в голосе Уэймана слышалось недоверие. – Завод на Западном побережье и исследовательские работы уже обошлись нам более чем в шестьдесят миллионов, а мы так и не знаем, каким же будет новый автомобиль.

– Возможно, – кивнул Анджело. – Но мы знаем, каким он не будет. И это шаг в правильном направлении.

– Но шаг безрезультатный, – отметил Дэн. – А совет директоров интересует то, что можно пощупать руками, – он посмотрел через стол на Лорена, до того молчавшего. – Лично мне не нравится идея Анджело отказаться от «сандансера» ради автомобиля, которого еще нет.

Лучше пол ломтя, чем ничего, и мы можем не вернуться на рынок, если в следующем году останемся без новой модели «сандансера».

– Согласно полученным от вас цифрам, – Анджело смотрел на Дэна, – эти пол ломтя в прошлом году стоили нам почти сорок один миллион убытка. Если это правда, отказ от изготовления «сандансера» на один год позволит нам окупить наш новый завод.

– Я указал, что это экстраординарные убытки, – отбивался Дэн. – И половина приходится на неудачу с «сандансер супер спорт», который не стали покупать.

Анджело не стал напоминать, что лишь он один голосовал на совете директоров против запуска этой спортивной модели в производство, ибо правильно предугадал поворот в настроении покупателя.

– Позволь мне самому сформулировать твои рекомендации, чтобы убедиться, что я правильно все понял, – подал голос Лорен. – Ты хочешь переоборудовать сборочный конвейер «сандансера» в цех по производству двигателей и трансмиссий нового автомобиля, чтобы высвободить площади под сборку последнего на Западном побережье. Так?

Анджело кивнул.