– А что же сами? – уставившись на носки своих туфелек, поинтересовалась Лиза. – Могли бы и сами брату визит нанести. Знаете, небось, где мы проживаем.

Скромница, как ее охарактеризовал Никита, закинула наживку и теперь ждала ответа, положив руки на колени. А Голенищев заволновался. Вопрос был бесхитростным и прямолинейным, как шпиль Адмиралтейства, и отвечать на него следовало так, чтобы девушка поняла, насколько она интересна ему самому. И есть ли шанс на дальнейшие отношения.

– Передайте брату, что я обязательно на днях загляну к нему, – осторожно сказал Василий. – У нас появилось много тем для обсуждения… – он замолчал, прислушиваясь к грянувшим ритмам рок н ролла, и оживленно спросил: – Не желаете потанцевать?

– Охотно, – кивнула Лиза, и протянув свою руку кавалеру, встала с дивана. – Может, и вы с нами?

Никита с девушками дружно отказались. Тамара, оторвавшись от созерцания мелькавшего в зале алого платья Воронцовой, спросила мужа:

– С каких это пор ты заделался свахой? И с чего вдруг Голенищев?

– Лучше пусть он, чем кто то из круга людей, приближенных к нашим оппонентам, – задумчиво произнес Никита. – Цесаревич хочет, чтобы Воронцовы были рядом с ним. Я его поддерживаю.

– Васька Голенищев ловелас известный, – предупредила Катя. – Нет, я не говорю, что он ветреный и безответственный, но его увлечения проходят впустую. Только девушек расстраивает.

– Да он еще мальчишка, – фыркнула Тамара. – Не перебесился.

Она почему то вздохнула и посмотрела на Никиту, потом перевела взгляд на Дашу.

– Может, домой поедем? Что то я устала. Как будто батарейку выдернули.

– Конечно, солнышко, – Никита мельком взглянул на часы. Время подбиралось к полуночи. Дети, оставленные в особняке на Обводном, уже спят. Наверное… У Ольги не забалуешь, ее даже Анора слушается.

– Устала? – удивилась Катя. – Надо же, одна из самых шебутных девиц в Петербурге вдруг домой рвется. – Темнишь, сестрица.

– Взрослею, видимо, – усмехнулась Тамара и встала. – Или старею? Ох, я и эгоистка. Даша, ты можешь остаться с этой козой, а потом вместе с ней к Меньшиковым в гости поехать.

– Заманчиво, но одна здесь не хочу оставаться, – решительно произнесла Даша. – А завтра мы можем все вместе в гости к родителям заглянуть. Я бы не отказалась.

– Неплохая идея, – Никита подхватил супруг под руки. – Ладно, гуляйте и веселитесь, молодежь, а мы пойдем.

– Пожалуй, я не буду выходить замуж так рано, – вдруг вырвалось у Кати. – Стану такая же скучная. Бе! Дом, дети, вечное беспокойство о них!

– Тебя Семен спрашивать не станет, – рассмеялась Тамара. – В охапку схватит и потащит под венец. Даже не брыкнешься. Размечталась о свободе!

– Этот может, – задумчиво произнесла младшая княжна, но потом тряхнула головой. – Но с моими доводами ему придется согласиться.

… Под умиротворенный гул двигателя и мягкое покачивание на небольших неровностях дороги Тамара, привалившаяся с одного бока к Никите, спросила:

– О чем разговаривал с тобой цесаревич? Надеюсь, тайны из этого делать не станешь?

– Хм, как знать, – попытался отвертеться волхв, но с другого бока на него насела Даша, которая тоже захотела выяснить, куда наследник уводил мужа. – Как вы смотрите на мое участие в Малом кабинете?

– Вон оно что! – с каким то удовлетворением произнесла Тамара.