«Современная — женщина — это именно то, что я из себя представляю, не так ли?»

Она принялась раздумывать, стоит ли ей выбрать другое кольцо из того, что Джошуа называл «коллекцией». Под этим он подразумевал набор драгоценностей, достойной которых могла быть только принцесса. Так же, как и Краун Хауз был единственным местом, достойным, чтобы в нем жила такая принцесса, как она.

Вдруг у нее мелькнула мысль, а не надеть ли сразу три кольца на одну руку — вполне в духе моды. Но был ли случай подходящим — в этом она сомневалась. Решения по всем вопросам, пусть даже самым пустяковым, всегда принимал за нее Джошуа. Что и говорить, решение о разводе было единственным, которое она приняла сама с того дня, как они познакомились. Он делал за нее заказы в ресторане, никогда не интересуясь ее собственным мнением, не принимая в расчет, что ей может хотеться чего-то совершенно другого.

«Икра? Она слишком соленая. Ты потом будешь пить, и у тебя появятся мешки под глазами».

«Жареный картофель? Совершенно очевидно, что об этом даже речи быть не может».

«Шоколадный мусс? Ты же знаешь, Хани, что от шоколада толстеют — в нем полно сахара. И потом, сегодня не твой день рождения».

Гамбургер был слишком жирным, а ее самое любимое блюдо — филе в белом вине и масляном соусе — слишком калорийным. «Ты не забыла, что ты блистательная Хани Розен, а не толстая тетка из цирка?»

Теперь что касается детей! Ни в этом, ни в следующем году их в персональном меню Хани Розен, конечно, предусмотрено не было. Может быть, когда-нибудь потом, через несколько лет…

В конце концов, она решила идти вообще без всяких колец, украсив свои пальцы лишь французским маникюром а-ля Джессика. Этот стиль и это имя были в Голливуде последним писком. И кроме того, голые пальцы с издевкой улыбающейся Хани будут восприняты как самостоятельное заявление, если, конечно, кто-нибудь обратит на них внимание. Нет колец — нет привязанностей. Время независимости и соответствующий маникюр.

Но вдруг, неожиданно для самой себя, она взяла усыпанный бриллиантами браслет и надела его на запястье. Этот браслет она купила сама за несколько месяцев до того, как они с Джошуа расстались. Начиная со дня их свадьбы это было единственное украшение, которое она купила сама. Тогда ей казалось, что она делает это против своей собственной воли. Она брела по улице Родео мимо магазина «Ван Клиф и Арпель». Под воздействием какой-то невидимой силы она вошла в магазин и попросила показать ей всю коллекцию браслетов, выполненных в виде «напульсников» — по мнению Джошуа, это был стиль для простушек. Такой браслет никак не мог подойти для ее королевского запястья. Сделав за несколько минут выбор, она оплатила покупку своей едва начатой кредитной карточкой, вместо того чтобы, как всегда, подписать счет, который потом будет отправлен коммерческому директору Джошуа, — уже это было отклонением от заведенных правил.

Ей вспомнилось где-то прочитанное индуистское изречение: «Мужчина, покупающий бриллиант, обретает кусочек вечности, но женщина, украшенная бриллиантом, озаряет себя рассветными лучами, светившими в день сотворения мира». Довольно заумно, решила она. Интересно, кто это придумал — мудрый индус или ювелир с улицы Родес?

Она понимала, что в тот момент ей просто хотелось вновь ощутить себя Хани Розен, и покупка ничего общего не имела с самим браслетом.