Высокий сразу оглянулся, услышав шелест одежды за своей спиной, и увидел, как его напарник с перекошенным лицом валится на траву, а безоружный человек, судя по снаряжению, спецназовец, стоит перед ним. Меркулов не выдернул нож из тела убитого, потому что это потеря драгоценных секунд, да и не нужен ему сейчас нож. Ствол автомата боевика повернулся в сторону спецназовца, но Меркулов мгновенно схватил его за ствол, повернул его вниз, а второй рукой взялся за приклад и рванул на себя. Сопутствующий удар ногой в коленную чашечку отвлекает и дезориентирует противника, в результате чего вывернутый из рук боевика автомат оказался в руках Меркулова. Стрелять нельзя. Можно только нанести удар прикладом в висок. Боевик успел, пользуясь своей хорошей реакцией, отпрянуть назад и попытаться уйти от удара, но Меркулов предвидел такой маневр и во время нанесения удара сделал шаг вперед.

Мужчина не вскрикнул, а лишь издал короткий стон. Он даже не успел вскинуть руки, защищаясь от ударов, как тело спецназовца, двигавшееся с невероятной быстротой, метнулось к нему, и тут же Меркулов оказался за спиной боевика и, обхватив его, прижал его горло автоматом с такой силой, что сразу почувствовал хруст ломающихся хрящей. Удерживая его горло автоматом, Меркулов сломал ему шею вместе с кадыком и повалил на землю.

Все, тишина. Не поднимаясь и продолжая прислушиваться, спецназовец повернул тело уголовника на бок и выдернул из него нож. Вытерев лезвие об одежду убитого, он сунул его в ножны и подобрал свой автомат. Итак, минус двое. Сколько еще их там? Нужно взять правее и обойти засаду с той стороны, откуда его не ждут. Во-первых, его появления ждут возле квадроцикла, во-вторых, убить его пошли двое, и с этой стороны они считают себя защищенными. Если и ждут нападения, то с другой стороны. Но это так, на всякий случай. Они же не видят и не слышат других спецназовцев, считая, что основная группа еще далеко. А ее нет совсем, усмехнулся Меркулов.

Здесь их было еще двое. И они обосновались здесь совсем недавно. Даже поесть не успели, хотя банки с тушенкой уже вскрыли. Запах от тушенки витал в воздухе довольно отчетливо. Дилетанты! Надо постараться хоть кого-то взять живым, чтобы допросить, но это необязательно. Вряд ли эти люди располагают информацией о планах своего главаря. Их наняли для определенной работы. В нужное время в указанном месте встретить военных и перебить их в лесу из засады. И получить за это определенную сумму денег. Все просто.

И все-таки его заметили! Значит, самый опасный не тот, кто первым схватил автомат, а тот, кто заметил. Значит, есть подготовка, есть навыки. И Меркулов, вскинув автомат к плечу, короткой очередью свалил мужчину в зеленой ветровке и армейских берцах. Попал в последнюю секунду, потому что мужчина отпрыгнул в сторону, но пуля оказалась быстрее. Двое других, не выпуская автоматов из рук, сразу рассредоточились на позиции и открыли бешеный огонь по тому месту, где только что появился человек.

После своей первой очереди Меркулов сразу опустился за кустарник, а потом встал в полный рост, прижавшись спиной к толстому стволу березы. Дерево полностью закрывало его туловище. Он стоял, держа автомат наготове, и наблюдал, как кусты и ветки деревьев вокруг него сносит автоматными очередями. Стрельба стала утихать. Боевики явно не поняли, куда делся спецназовец. Они ждали от него активных действий, постоянного ведения огня и смены позиций. А тут одна очередь и тишина. Наверняка у обоих в голове появилась мысль, что они убили этого человека, поэтому он и не подает признаков жизни. По всем правилам он уже давно должен появиться в другом месте и продолжить атаку, стрелял бы, убивая их одного за другим. Но тут тишина. А Меркулов на это и рассчитывал. Правила – это хорошо, к ним привыкают, а нарушение правил всегда неожиданно, это нарушение трудно предугадать и спрогнозировать.