– Ну, до такого не дойдет, – сказал мужчина, посмотрел на Корсона в упор и одним движением поднялся. Он был хорошо сложен, длинноволос, мускулист и ростом выше Корсона. – Откуда, по‑вашему, взялась эта бутыль?

– Не знаю.

– Когда у нас кончится вино, мы закажем еще.

– А, – просиял Корсон. – Вы живете на холмах и пришли сюда на пикник. А там у вас слуги или роботы.

Человек покачал головой:

– На холмах нет ни дворца, ни даже лачуги, ни слуг, ни роботов. Мне кажется, миль на тридцать вокруг не найдется ни одной живой души. Я вижу, вы не понимаете наш образ жизни. У нас нет другой крыши над головой, кроме неба, нет постели, кроме песка, нет покрывал, кроме ветра. Может быть, вам здесь слишком жарко или холодно? Я в два счета все улажу.

– Откуда же это взялось? – раздраженно спросил Корсон, поддев ногой пустую бутыль.

– Из другой эпохи. Из будущего века или из прошлого, понятия не имею. Мы решили оставить нетронутыми эти несколько десятилетий. Весьма приятное место для отдыха и развлечений. Разумеется, мы регулируем климат, но в эту эпоху на всей планете вы не найдете ни одной машины. Те, что необходимы, спрятаны за кулисами времени. Если нам что‑то понадобится, один из нас входит в контакт и заказывает. Нам присылают все, что нужно.

– А Диото?

– Однажды мы поняли, что идем по неверному пути. И решили испробовать другой.

– Вот этот? – недоверчиво спросил Корсон.

– Именно.

Корсон меланхолично разглядывал море, видел закат, красивый, как на картинке, но какая‑то тревога поднималась в нем и искала выхода. Спокойное море лизало скалы в нескольких шагах от него, словно совсем ручной зверь. Невидимое солнце подсвечивало облака. Корсон невольно стал искать в небе луну, но ее там не было. Загорающиеся созвездия, теперь знакомые ему, были рассыпаны во множестве и бросали бледный отсвет на темный мир.

– Красиво, не правда ли? – поинтересовался собеседник.

– Красиво, – согласился Корсон.

Он бросил несмелый взгляд туда, где лежали женщины – погруженные в кому или, может быть, спящие. Валяются себе голыми, и хоть бы что. Он шагнул к той, кого принял за Антонеллу; мужчина жестом остановил его.

– Не мешайте им. У них совещание, и речь идет о вас. Они в контакте с Эргистаэлом.

– Антонелла... – произнес Корсон.

Мужчина опустил глаза.

– Антонеллы здесь нет. Вы увидите ее. Но позже.

– Она еще не знает меня.

– Да. – Голос был тихим и мягким, как будто человек пожалел, что завел этот разговор. – Ей еще предстоит научиться вас узнавать.

Он помолчал.

– Не надо на нас за это сердиться.

Затем быстро переменил тему:

– Хотите поспать или предпочитаете сразу говорить о делах?

– Спать я не хочу, – ответил Корсон, – но мне надо немного поразмыслить.

– Как вам будет угодно, – слегка поклонился мужчина.

Корсон долго молча сидел на песке, опершись локтями о колени. Солнце зашло. Морская гладь покачивала отражения звезд, воздух был теплым, как человеческое тело. Немного погодя Корсон скинул комбинезон и сапоги. Он еще не решался раздеться догола, но чувствовал, что ему все больше этого хочется. И еще хотелось броситься в волны и плыть, плыть, забывая о богах войны. Приливы здесь должны быть слабыми – у планеты нет спутника. Только далекое светило заставляет море чуть колебаться.

Потом он стряхнул оцепенение и заговорил – сперва неуверенно, как будто сам с собой, как будто боялся нарушить хрупкую тишину ночи или разбудить врага. Но постепенно голос его окреп.

– Я посланец, – говорил он, – но посланец особого рода.