— Ты, наверно, думаешь, что я дура, — сказала она дрожащим голосом, хлюпая носом и вытирая глаза кулаком. — Все это так глупо...

— Ничего подобного.

— Я так рада, что ты здесь!

Это было сказано от чистого сердца.

— Ну, пошли, — сказал я, успокоившись. — Идем домой.

Даниэль выскользнула из огромного пальто и положила его на стул. Она немного дрожала в своей рубашке и свитере. «Это от нервов», — подумал я: в магазине и в кладовке было не так уж холодно.

— У меня в машине есть плед, — сказал я. — А потом мы заберем твое пальто.

Она кивнула, и мы направились через магазин к двери, ведущей на улицу.

— Спасибо, — сказал я азиату.

— Лампочку выключили? — спросил он. Я покачал головой. Азиат поморщился.

— Спокойной ночи, — сказал я, а Даниэль добавила:

— Спасибо вам.

Он ничего не ответил и проводил нас своими раскосыми глазами. Мы вышли на улицу и подошли к машине.

— На самом деле, он был довольно любезен, — сказала Даниэль, когда я накидывал плед ей на плечи. — Он налил мне кофе и предложил поесть, но я не могла взять в рот ни крошки.

Я усадил ее на пассажирское место, захлопнул дверцу и сел за руль рядом с ней.

— Где твоя машина? — спросил я.

Она вспомнила не сразу — это и неудивительно, принимая во внимание ее паническое бегство.

— По-моему, я не успела проехать и двух миль, как обнаружила, что шина спускает. Я свернула... Наверно, если мы поедем к телецентру, мы ее увидим... Но на самом деле я не помню...

— Ничего, найдем, — сказал я. — Ты не могла убежать далеко.

И мы в самом деле довольно легко нашли «Форд»: он стоял к нам задом в каком-то зачуханном переулке.

Я оставил Даниэль в машине и вышел посмотреть. Пальто и сумочка пропали, вместе с «дворниками» и радиоприемником. Самое странное, что сама машина все еще была на месте. Правда, у нее были спущены две шины, но ключи торчали в зажигании. Я вытащил их, запер дверцы и вернулся к Даниэль, чтобы сообщить ей две новости, одну хорошую, другую плохую.

— Машина цела, но, если ее оставить здесь, к утру ее «разденут», а могут и вообще угнать.

Даниэль равнодушно кивнула. Мы нашли круглосуточный гараж. Я снова вышел, а она осталась в машине. Я попросил их прислать аварийку. «Ага», лениво ответили мне, взяв ключи от машины и записав номер и местонахождение. Все будет в порядке. Они привезут машину, поменяют шины, поставят новые «дворники». К утру все будет готово.

Только по дороге на Итон-сквер Даниэль согласилась рассказать подробнее о человеке, который пытался на нее напасть. И то говорила очень неохотно.

— Ты думаешь, это был насильник? — напряженно спросила она.

— Н-ну... по крайней мере, похоже на то.

Я попытался представить себе этого человека.

— Во что он был одет? Что это был за капюшон?

— Я не заметила... — начала было Даниэль, но обнаружила, что помнит больше, чем думала. — Он был в костюме. В обычном костюме. И в лакированных ботинках. Они блестели в свете фонарей, и я слышала, как они топают по тротуару. Так странно... А капюшон... Это был не капюшон. Темная шляпа с опущенными полями и с дырками для глаз и для рта.

— Жуть какая! — сочувственно сказал я.

— Наверно, он ждал, когда я выйду из студии... — Ее передернуло. Как ты думаешь, это он проколол мне шины?

— Две шины одновременно лопнуть не могли.