– Вы позволите мне взглянуть на ваш журнал доставок? – спросил Фабель.

Вера Шиллер внимательно посмотрела на полицейского, но было видно, что ее гнев погас. Она повернула гроссбух так, чтобы Фабель мог его читать. Фабель достал свой блокнот, освежил в памяти дату исчезновения Марты Шмидт и стал быстро листать страницы в поисках нужной даты. Ему казалось, что время остановилось и что по его спине вдоль позвоночника струится электрический разряд.

– Герр Бидермейер жертвует своими обязанностями руководителя ради того, чтобы лично доставить заказ? – спросил он, показывая на одну из записей.

– Да. В случаях, подобных этому, он доставляет заказ сам. Кондитерская «Вундерлих» – наш постоянный и очень крупный клиент. Герр Бидермейер хочет, чтобы они всегда чувствовали наше к ним хорошее отношение.

– Скажите, а кондитерская «Вундерлих», случайно, не в Касселе? – спросил Фабель и услышал, как Вернер и Мария, не дожидаясь ответа, двинулись к двери.

– Да. Но почему вы спрашиваете?

– Скажите, герр Бидермейер для доставки использует фургон фирмы?

– Иногда. Но почему вас так заинтересовал герр Бидермейер?

– Герр Бидермейер сейчас на месте? – спросил он, игнорируя вопрос.

– Да, он в производственном помещении…

Прежде чем фрау Шиллер успела закончить фразу, Фабель поднялся со стула и двинулся вниз по лестнице вслед за своими подчиненными.

Так же как и во время первого посещения Фабелем пекарни, герр Бидермейер, склонившись над большим тортом, рисовал при помощи крема изящные цветочки. Как и в прошлый раз, Фабель удивился тому, насколько тонко работают могучие руки и каким крошечным выглядит мешочек с кремом между большим и указательным пальцами главного пекаря. Увидев приближающихся офицеров полиции, он выпрямился, и на его добродушном лице появилась широченная улыбка. Анна и Вернер откололись от общей группы и принялись выпроваживать из цеха других рабочих. Бидермейер с веселым изумлением взирал на их действия.

– Здравствуйте, герр криминальгаупткомиссар, подождите секунду. Мне надо посадить последний цветок на этот торт.

При помощи большого и указательного пальцев он взял с ладони руки мешочек с кремом, завершил работу над незаконченным рисунком, а затем нанес на поверхность сладкого шедевра последний цветок. Выпрямившись во весь свой гигантский рост, Бидермейер чуть отошел назад, дабы полюбоваться своим творением.

– Чудесно! – сказал он и, поворачиваясь лицом к Фабелю, произнес: – Простите, что задержал вас, но я должен был это закончить. – Его улыбка оставалась дружелюбной, почти теплой, а веселые морщинки вокруг глаз стали глубже. – Я люблю все делать как надо. Заканчивать все должным образом. Добиваться во всем совершенства. Я всегда утверждаю, что самое главное в любом деле – детали. – Он посмотрел в глаза Фабеля и продолжил: – Но мне кажется, что я это уже доказал, не так ли? Как вам понравилась моя работа, герр криминальгаупткомиссар? Надеюсь, она вас смогла развлечь?

Фабель бросил руку к бедру и вырвал из кобуры пистолет. Ствол он, однако, не поднял и держал оружие в готовности, чуть чуть на отлете.

Бидермейер взглянул на пистолет и покачал головой так, словно хотел продемонстрировать свое глубокое разочарование.

– В этом нет необходимости, герр Фабель. Абсолютно никакой. Я закончил свою работу. Выполнил все, что наметил.

– Герр Бидермейер… – начал Фабель, но Бидермейер остановил его жестом руки так, как это делает полицейский, останавливающий встречный поток машин. Главный пекарь продолжал улыбаться, но его рост и могучие плечи, несмотря на добродушное выражение лица, по прежнему внушали страх.

– Как я полагаю, герр Фабель, вам теперь известно, что это вовсе не мое настоящее имя.