— Слава богу, что ты позвонил, — сказал Торквил. — Не могу тут у тебя стиральную машину найти.

— У меня ее нет. Тебе придется пойти в прачечную.

— Шутишь ты, что ли! Ах да, и еще что-то с сортиром случилось. Не спускается.

— Ладно, я с этим справлюсь, — сказал Лоример. — Слушай, тут «Федора-Палас» разрушают. Тебе это о чем-нибудь говорит?

— Э-э… — задумался Торквил. Лоримеру казалось, он слышит, как тот думает. — Нет, — в конце концов ответил Торквил.

— Черт знает что — так все взять и списать! Здание же было практически достроено. Пусть ущерб от пожара, — но зачем все до основанья крушить?

— Ума не приложу. А где тут поблизости приличная закусочная?

Лоример направил его в «Матисс», а потом выключил телефон. Он решил, что дело «Федора-Палас» пора считать закрытым: премия ему причитается, теперь нет смысла копаться во всем этом, — да и, в любом случае, сейчас его гораздо больше беспокоило то, что происходит у него дома.

Глава одиннадцатая

Флавия Малинверно целовала Лоримера так, как его никогда еще не целовали. Ей каким-то образом удалось просунуть верхнюю губу между его верхней губой и зубами. В остальном это был вполне ортодоксальный, полноценный поцелуй, и все же это странное давление на верхнюю часть рта чувствовалось сильнее всего. Это было жутко возбуждающе. Потом Флавия оторвалась от него. «М-м-м-м, — произнесла она. — Как хорошо». «Поцелуй меня снова», — сказал Лоример. И, прижав ладони к его щекам, она вновь приникла к нему. Теперь она посасывала его нижнюю губу, а потом язык, на манер теленка-сосунка…

Это было прозрачное сновидение — совершенно определенно, сомнений быть не может, думал Лоример, занося «очищенное» изложение сна в дневник сновидений у изголовья. Он ведь пожелал, чтобы она поцеловала его снова, — и усилием воли добился во сне, чтобы это произошло; Алан будет очень доволен. Лоример сидел на узкой койке в институтской кабинке, слегка запыхавшись, — все еще потрясенный и отчетливостью пережитого во сне, и неопровержимым доказательством собственной эрекции, в который раз дивясь способности мозговых феноменов в точности воспроизводить сложнейшие физические ощущения, нет, даже не воспроизводить — изобретать целые комплексы физических ощущений. Этот способ поцелуя… Его трепетная осязаемость… А между тем он сидит в полном одиночестве на верхнем этаже университетского здания в Гринвиче, и время сейчас — он сверился с часами — 4.30 утра. Конечно, такой сон был вызван легко объяснимыми причинами. Он должен был увидеть Флавию всего через несколько часов, а кроме того, она постоянно присутствовала в его мыслях, вытесняя все прочие предметы — Торквила, Хогга, Ринтаула, дом в Силвертауне… Лоример тряхнул головой и сделал шумный выдох, как спортсмен после тренировки, а потом вспомнил, что сегодня ночью в институте еще две чутко спящие «морские свинки». Он снова улегся на кровать, сплетя пальцы за головой, и понял, что не стоит пытаться снова заснуть, чтобы вернуть то прозрачное сновидение. Вспоминая его, он улыбнулся: этот сон был настоящей наградой, — он ведь не собирался сегодня идти в институт, просто это оказалось желанным — чтобы не сказать вынужденным — бегством.

Когда накануне вечером он вернулся в свою квартиру, то повсюду там обнаружились следы пребывания Торквила — будто слон натоптал.