Когда накануне вечером он вернулся в свою квартиру, то повсюду там обнаружились следы пребывания Торквила — будто слон натоптал. Скомканное одеяло свисало с дивана наподобие растекающихся циферблатов Дали, подушки со вмятинами громоздились на стуле рядом, Торквилов чемодан лежал распахнутым посреди ковра, а его неопрятное содержимое торчало оттуда, как страницы с объемными картинками из какой-то особенно гадкой книжки; в самых неожиданных местах обнаружились три использованные пепельницы, а на кухне понадобилась десятиминутная уборка. Поколдовав со сливным бачком унитаза, Лоример наконец смыл разнообразные отходы Хивер-Джейновой жизнедеятельности. На дверь спальни он решил повесить замок: по-видимому, Торквил уже наведался и в платяной шкаф, и в комод, а одной рубашки недоставало. Произведя быструю уборку и пропылесосив квартиру, Лоример привел ее в более или менее привычное состояние.

И тут вернулся Торквил.

— Катастрофа, — сообщил он, войдя в квартиру и сразу устремившись к столу с напитками, где немедленно налил себе порцию виски. — Это конец, Лоример. Сегодня я готов был совершить убийство, такая меня злость взяла. Я готов был собственными руками придушить этого хорька-адвоката.

В руках у него уже дымилась сигарета, к тому же он включил телевизор.

— Убил бы, честное слово. Я тут рубашку у тебя одолжил — надеюсь, ты не против. Мне нужно где-то раздобыть денег. В этом месяце мне нужно пятнадцать тысяч фунтов, а через две недели пора за школу платить. Я по уши в говне. Как насчет ужина?

— Я ухожу, — вовремя нашелся Лоример.

— А что это за старая вешалка там внизу? Я видел, как она сквозь щелку на меня зырит.

— Ее зовут леди Хейг. Очень милая старушка. Ты с ней поговорил?

— Я просто крикнул: «Кыш!» — и она захлопнула дверь, вот и все. Мне нужно найти работу, Лоример, хорошо оплачиваемую работу, причем как можно скорее. А куда ты идешь?

— В клинику, куда я хожу на терапию сна. Я там на всю ночь останусь.

— Правда? — Торквил было ухмыльнулся, но на него сразу же обрушился груз собственных забот. — Думаю, сяду сегодня на телефон, позвоню дружкам, может, что-то придумают, а там… Есть в этой лесной глухомани какая-нибудь китайская забегаловка, где продают навынос?

И вот сейчас, ворочаясь на своем узком ложе, Лоример заранее хмурился, представляя, каковы будут последствия Торквилова «китайского» ужина на его чистой ухоженной кухне. И все же Торквил — наименьшая из его забот… Днем он припарковал «тойоту» на заднем дворе «Джи-Джи-Эйч», где было два места для стоянки (для Хогга и Раджива) и небольшая погрузочная площадка. Раджив сочувственно поцокал и покачал головой, глядя на состояние верхнего слоя краски.

— Клиенты-мерзавцы — да, Лоример? Ничего, предоставь все мне, я тебе добуду новенькую, блестящую.

Лоример пошел к Хоггу, чтобы рассказать, что случилось с машиной. Тот был в черном галстуке и сумрачном костюме, будто только что с похорон.

— А откуда ты знаешь, что это — работа Ринтаула? — грубо спросил Хогг. — Может, это вандалы постарались.

— Он оставил у меня на автоответчике сообщение с угрозой: «Это еще не всё».

— Не очень-то похоже на угрозу, по-моему. Кто-нибудь что-нибудь видел, свидетели имеются?

— Машина была припаркована на чужой улице. Там никто не знал, что она моя.

— Тогда и говорить не о чем, — заявил Хогг, запустив руки в глубокие карманы и что-то там нашаривая.

— Что вы хотите этим сказать?

— Я не могу заказывать «смазку» на таких сомнительных основаниях, — отвечал Хогг с неубедительной прямотой, наконец выудив из кармана мятную пастилку и отправив ее в рот.