Джейн взглянула на Элейн, та кивнула ей, и только после этого Джейн ответила:

– Да, найдется.

– Так принесите его сюда, пожалуйста. Необязательно окончательный вариант.

Новый взгляд в сторону Элейн, новый кивок, и дверь за Джейн опять закрылась.

– Две недели я ждал, – повторил Элиот. Чили велел ему сесть и вести себя прилично.

– Знаете, вам придется заплатить за телевизор, – сказал он.

– Если надо заплатить, чтобы пролезть сюда… – сказал Элиот.

– Мы же договорились, что будем вам звонить?

– Да, но когда?

– Вы, конечно, извините меня за резкость, Элиот, – сказал Чили, – но не нравится мне ваше поведение, совсем не нравится. – Элейн вцепилась в ручку кресла. – Вы считаете, что у Элейн только и дел здесь что с вашей пробой? Да будет вам известно, что Элейн на студии первый человек и от нее все зависит. А вы являетесь сюда и разбиваете ее телевизор. Какого черта, Элиот, вы притащили эту биту?

– Я всегда держу ее в машине.

– Дайте‑ка поглядеть.

Элейн следила, как Элиот подошел к Чили и протянул ему биту. Тот взял ее за утолщенную часть и опять велел Элиоту сесть на место. Прямо в ее кабинете разворачивалась интересная сцена.

– Но она алюминиевая.

– Да, толстая часть легковата.

– А почему бы вам луисвиллскую биту не приобрести?

– Мне красные нравятся. А луисвиллские не бывают разных цветов.

– Кто‑нибудь угрожает Раджи, что вы запаслись битой в качестве оружия?

– Нет, дружок, я просто в бейсбол поигрываю. Элейн заметила ухмылку Элиота и подумала, что и Чили наверняка ее заметил. Он спросил:

– Вы в игре подающий или принимающий, Элиот?

– В основном подающий.

Вошла Джейн с экземпляром «Поймать Лео» в синей папке. Чили протянул руку, она передала ему сценарий, предварительно кинув взгляд в сторону Элейн, после чего вышла. Чили положил на стол биту. Он открыл папку и стал листать страницы, ища подходящую сцену и попутно объясняя Элейн:

– Элиот гомосексуалист.

– О, вот как! – вежливо сказала Элейн, включаясь в действие, которое до этого времени лишь наблюдала.

– Он, что называется, двустволка, – уточнил Чили.

На что Элейн сказала: «Да?», после чего сделала следующий ход, осведомившись у Элиота:

– А в женское платье вы когда‑нибудь переодеваетесь?

– Это было бы смешно при моих габаритах, – ответил Элиот. – Вам Кейт Смит приходилось видеть? Получилось бы нечто подобное.

– Насколько я слышал, Элиот единственный голубой среди телохранителей, – сказал Чили.

– Немного же вы слышали, – засмеялся Элиот. – Да мы можем особый клуб организовать, если придет охота. Шикарная жизнь – гуляй себе, работы не много, если только работаешь не на голубого.

– А что, Раджи голубой?

– Да нет, он от этой маленькой азиатки тащится. И она для него на что угодно готова. Хоть на панель.

– А вам на кой он сдался?

– Чтобы с его помощью в шоу‑бизнес попасть.

– Но вы хотите в драматические артисты, а он музыкой занимается.

– Я хочу в драматические артисты, но это вовсе не означает, что я не могу петь.

– Что же вы будете исполнять – марши гавайских воинов?

– Знаете, в чем ваша проблема? – сказал Элиот.