—    Мы попу Епиму говорили уже, — Топкай посмотрел

на Ургаша и на сынов. —* Место это городу отдаем, хоть оно дорого нам...    ^

—    А как дорого? Мы уплатим, ты не думай, не зада ром. Спрашивай.

—    Ты неверно понял меня, князь. Место дорого потому что здесь наш род начался. Отцы и деды здесь жили...

—    Понимаю. Во всякой торговле цену набить надобно...

—    Ты это напрасно, княже, — сказал Ешка. — Говори, Топкай, сколько ты за это место хочешь. Божескую цену поставь. Царь наш хоть и не беден...

—    Какую цену, поп Епим? Я. разве когда-нибудь землю свою продавал, илемы покупал?! Откуда мне цену знать. Я бы даром все это место отдал, если бы не голод. Если бы большой гость наш сказал, что он в эту зиму людям моего лужая умереть с голоду не даст, — я с него и жуму-ра не возьму!

—    Люди твои с голоду не умрут, хозяин. Иди к царю на службу и людей своих веди. Работы всем хватит. Я тебе жалование хорошее положу. Сотню человек приведешь — будешь сотником, тысячу — тысячником. Сотнику пятьдесят копеек в месяц, тысячиику — рубль.

—    А когда хлеб пахать, на охоту ходить?

—    Зимой какая пашня?! До весны мы крепостишку вскинем, паши потом, белку промышляй. И денег полный карман.

—    Подумать надо.

—    Сам-то выпей, да и думай сразу. Окромя жалования, даю тебе за место пятнадцать рублей, а брату с сыном по пять. А тебе, девка смелая, пищаль дарю. Стреляй. Отче, вручи.

Ешка пожал плечами, но пищаль девушке передал.

Топкай зачерпнул ковш браги, выпил. Захмелев, сказал:

—    Тысячу я, пожалуй, не наберу, а половину приведу.

—    Все равно будешь тысячным. Целковый — вот весь мой сказ. А работных людей досыта кормить будут.

—    Ладно. Будем помогать, — сказал Топкай, а про себя подумал: «Рупь — это триста белок».

—    Ты вот еще что скажи:    чья    это    кузня    на    опушке

леса стоит?

—    Был у нас русский кузнец Илейка. Ногайцы его напугали. Теперь он в лесу прячется, не знаю где.

—    Надо бы разыскать.

—    Я знаю и розыщу, — утвердил Ешка, отхлебывая брагу из очередного ковша.

—    А у вас кузнецов не хватает разве? — спросил Топкай.— Нам Илейка самим, однако, нужен.

—    Мастеров у нас, Топкай, хватает. Ну, а кузни всяческой корать надо будет гораздо больше. Короче, кузнеца того приволоките. А медовщинка у тебя знатная, Топкай. Ну-ко, плесни в ковшичек.

—    А ты мурзы боишься?—спросил тихо Ургаш. — Если он русских победит.

—    Мне надо мурзы бояться, Ярандаю надо князя бояться. Только тебе одному хорошо.- Живешь посередке, никого бояться не надо. Кому захочешь, тому и будешь служить. Двум богам молиться можешь, а то и трем.

—    Ладно, не бранись. Я тоже своих людей приведу. Скажи князю.

—    Скажу.

VIII

Спустя неделю пришел сторожевой полк. Князь Петр Шеховской раскидал его по. рекам Ошле, Манаге, Кун-дышу и Нольке. Дабы охранять мастеров, покамест город устроится. Еще через неделю появился большой полк с обозами, пушками.