Бригид подняла глаза на кентавра, стоящего к ней ближе всех. Его насмешка, выражающая превосходство, перешла в открытое глумление.

— Ну что, очнулась, красотка? — Он гнусно захохотал. — Хорошо. Нет смысла уродовать твою хорошенькую шейку больше, чем она уже испорчена.

Трое других кентавров тоже засмеялись. Вдалеке раздался гром. Молния осветила внутренность шатра, что позволило Бригид разглядеть их. Это была шайка Брегона. Она думала о них с того самого дня, как они убили молодую девушку.

«Эти негодяи всюду следовали за моим братом, во всем подражали ему. Жалкое стадо баранов!» — подумала она.

— Горман! — Бригид неосознанно произнесла это имя самым гневным тоном своей матери. — Немедленно отпусти меня, трус!

Молния снова вспыхнула. Пленница краем глаза заметила, что еще один кентавр, Хаган, вздрогнул от знакомого звука ее голоса. Остальные двое, братья Боуин и Маннис, вытаращили глаза, когда она заговорила. Но внимание Бригид было сосредоточено на Гормане, лучшем друге Брегона, участвовавшем во всех его выходках.

— Твой голос похож на ее. Ты даже внешне напоминаешь мать, но не являешься ею. — Горман презрительно сплюнул. — Ты никогда не была и не станешь такой сильной, как Майрерад.

— Что ты называешь силой, Горман? — бросила она в ответ, не обращая внимания на усталость тела и разума. — Способность манипулировать другими, использовать их? Или, по-твоему, сила невозможна без веревки? Нет, погоди. Я, кажется, вспомнила, что ты обожаешь наводить страх на маленьких девочек. Жаль, что тебе пришлось подкрасться ко мне и связать. Неужели поблизости не нашлось повозки, чтобы сбросить ее на меня?

— Силу определяет победитель! — Он шагнул вперед и рявкнул так, что брызги слюны попали ей в лицо.

— Где мой брат? — спросила она, не реагируя на его неистовство.

— Он кое чем занят. Вся Партолона должна знать о том, что на ее землю напустили фоморианцев.

— Ты с ума сошел? — спросила она. — Их больше не существует.

— Правда? А как тогда назвать крылатых тварей, которых ты и сын Мидхира привели в Партолону?

— Я зову их так же, как отец и мать. Новые фоморианцы! Тебе известно, что Эльфейм сняла с них проклятие. Теперь они не демоны. — Говоря это, Бригид проверила веревку на запястьях, пытаясь высвободить руки. — Это смешно. Я требую свидания с братом.

— Потерпи, красотка. Брегон очень занят, поэтому не смог поприветствовать тебя должным образом. — Горман засмеялся, и трое кентавров, наблюдающих за ними, тоже нервно захихикали. — Твой братец попросил, чтобы мы... заняли тебя до тех пор, пока он не присоединится к нам.

Бригид почувствовала, что ее лицо застыло.

— Брегону вряд ли известно, что вы со мной сделали, — заявила она.

— Он приказал, чтобы мы держали тебя подальше от табуна, — пожал плечами Горман. — Способ оставлен на наше усмотрение. Это была моя идея. — Он указал на столбы и веревки, чуть не задушившие пленницу.

— Уже слишком поздно. Я испила из чаши Эпоны и стала верховной шаманкой табуна Дианны.

— Да, мы знаем. Брегон сказал нам. К счастью, ни одному из нас не пришло в голову рассказать об этом нашим женам. Какая досада, что женщины табуна не узнают об этом, пока все не изменится.

— Ты безумец! — воскликнула она и осторожно повернула голову так, чтобы при вспышке молнии посмотреть в глаза темно-гнедому кентавру, который полностью оставался в тени.