коленях у него лежал его пес.

 «Должен признать... это очень необычно», — произнес Хью.

 «Очень необычно! — громко вторил ему американец. (Полагаю, сидеть у него за спиной в кинотеатре —

 настоящая пытка.) — Мы отыскали Гипнопса... в английском городе Лутоне!»

 —  Вообще-то, это было в Харроу, — заметил Хью.

 Наверное, по мнению американца, Лутон — более загадочное название.

 «Говорят, другие собаки тоже обладают сверхъестественными способностями! — продолжал американец. —

 Этот терьер... — на экране появилась фотография маленького терьера, — ...прославился на все Соединенные

 Штаты тем, что вывел из комы одного юношу!»

 —  Каким образом? — спросил я. — На яйца ему, что ли, прыгнул?

 Мы с Хью разразились хохотом и долго не могли остановиться, потому что шутка, что уж говорить, была

 классная.

 «Но Гипнопес, говорят, наделен одной очень необычной способностью... способностью контролировать

 человеческий разум! Зоолог доктор Роджер Магфорд встречал и других животных с аналогичной

 способностью...»

 На экране появился доктор Роджер Магфорд.

 «Мангуст гипнотизирует змей! — бодро заговорил он. — А тигр может загипнотизировать обезьяну!»

 Я мысленно отметил, что нужно бы запомнить эти фразы, дабы было чем похвастать на вечеринке, когда

 гостей просят поделиться занятными фактами.

 «Говорят, Гипнопес взглядом заставил человека отдать ему свой обед. И те, кого он околдовывает,

 рассыпаются, как костяшки домино, под напряженным взглядом его карих глаз...»

 Я глянул на Мерфи. Я не был уверен, что хочу рассыпаться, как костяшки домино. Во-первых, я в

 единственном числе, а значит, мне пришлось бы подниматься и вновь сшибать себя самого. Мерфи продолжал

 смотреть на меня. Мне вдруг стало немного не по себе. Вне сомнения, я заглянул в самую глубину его

 огромных карих глаз. Что теперь со мной будет?

 Неожиданно Хью оказался возле меня.

 —  Если все еще нервничаешь, прочти это...

 Он дал альбом с газетными вырезками. В нем были сотни статей из газет самых разных стран.

 «Лапы для размышлений!» — кричала «Нью-Йорк пост». «В трансе с волками!» — писала «Мейл».

 —  Не волнуйся. Мы с Мерфи стольких гипнотизировали, даже не счесть. Ты в надежных руках.

 Меня как раз беспокоили не руки, а лапы.

 И вообще, это-то что, черт побери?

 —  Подожди, — сказал я. — А вот эта статья о чем?

 Я показал на заголовок заинтересовавшей меня статьи. «Гипнотизер увеличивает женскую грудь!»

 —  Ах, да. Я увеличил грудь одной немке.

 В подробности Хью вдаваться не стал.

 —  Значит, ты хочешь, чтобы мы помогли тебе стать более восприимчивым... — уточнил он, кладя ладонь на

 мое плечо.

 —  Э... Да. И еще, пожалуй... чтобы я начисто утратил способность отвечать отказом. Хотя бы на пару

 месяцев. До тридцать первого декабря.

 Хью потоптался на месте и сделал шаг назад.

 —  Так. Хорошо. Ну и ну. Понимаешь, с большей легкостью отвечать согласием — это одно, а не уметь

 сказать « нет» — это совсем другое.