- Значит, у них на авианосце пожар? - неприятно поразился Евстигнеев. - Но там же ядерное оружие!

    - А и хрен с ними. Это им заместо учебной тревоги. Чтобы бдительность не теряли. И вообще, с каких пор ты жалеешь потенциального врага?

    - Семеныч, ты все-таки прирожденный диверсант, - вздохнул Евстигнеев. - Взять хотя бы твои эксперименты по внедрению в мозги телевизионной антенны. С одной стороны, конечно, удобно, а с другой - это же садизм!

    Шлоссер внимательно посмотрел на приятеля:

    - Надо тобой, Евстигнеев, вплотную заняться. Давненько я тебя не тестировал. Что-то у тебя с мозгами. Может, левое полушарие временно обесточить?

    - Я тебе обесточу, кустарь-одиночка! - испугался Евстигнеев. - Лучше глянь: вон, кажется, летят!

    Действительно, со стороны леса медленно приближалась летающая тарелка. Правда, двигалась она как-то странно: рыскала из стороны в сторону, а временами крутилась на месте. Какое-то время даже катилась на ребре, как колесо, потом перевернулась через голову и. оказавшись над домом, принялась мотаться из стороны в сторону, как маятник. При этом амплитуда колебаний все уменьшалась, а частота их - увеличивалсь. Вскоре вместо четких контуров тарелки возникло размытое светящееся пятно.

    Где-то в отдалении послышались восторженные крики, и надтреснутый бас произнес:

    - Ну дает механик! Во виртуоз!

    - Ввинтил небось пару стаканов, вот и закрутило, - откликнулся грудной женский голос.

    - Люська-насос, - автоматически сказал Евстигнеев.

    - Сам знаю, - нахмурился Шлоссер. - Болтает черт-те что! Надо ей оба полушария обесточить.

    - А чем она думать будет? - возразил Евстигнеев.

    - Не волнуйся, - сказал Шлоссер, - другими полушариями!

    - Тогда понятно, - кивнул Евстигнеев, - это место у нее будь здоров!

    - Вот именно. Когда она начинает мозгами шевелить, тогда и получается всякая чепуха. Но как этих дебилов на землю посадить?

    - А чего тут думать? - удивился Евстигнеев. - Накинуть на тарелку сеть, да и притянуть.

    - Нету у меня сети! - в сердцах крикнул Шлоссер. - Я тебе не рыболовецкая артель! - Семеныч в волнении забегал по двору. - Что делать, что делать?!

    Евстигнеев ненадолго задумался и предложил вместо сети использовать свой гамак. Тот самый, который катапульта.

    - Гамак у меня у самого есть, - рявкнул Шлоссер, - как я тебе… - Тут его взгляд упал на Гаврилу.

    Инопланетянин вытянулся в стручок и доложил:

    - Я есть Гаврила! Машина доставай, сахарок получай!

    - Обкормлю! - пообещал Шлоссер.

    Дрожа от вожделения, Гаврила ринулся в кладовку. Через минуту он вернулся.

    - Расстилай! - крикнул Шлоссер.

    - Это что, гамак? - удивился Евстигнеев, глядя на здоровенную мелкоячеистую сеть.

    - А что же, по-твоему? - возмутился Шлоссер. - Не загружай мозги, лучше помогай! Взяться за концы!

    - Есть взяться за концы! - ответил Гаврила.

    - Накинуть гамак на тарелку!

    - Есть! - посланная рукой инопланетянина сеть взвилась в воздух, и через секунду летающая тарелка забилась в ней, как пойманная рыбешка.

    - При-тянуть! - скомандовал Семеныч, хватаясь за концы, но его усилий не потребовалось.

    - Яволь! - сказал Гаврила, и пойманная тарелка, потрепыхавшись, опустилась на землю.