Впечатление от красоты его новой знакомой было так велико, что Адаму пришлось усилием воли возвращать себя к реальности. Думай, брат, головой, а не другим местом! Еще какой то час назад он дал себе слово держаться подальше от избалованных аристократок. И вдруг… Но тут вступала в дело похоть и начинала услужливо нашептывать: где ты видишь капризную светскую даму? Эта девица годами кочевала с отцом и жила в палатках у черта на рогах. В разряд кисейных барышень ее никак не зачислишь!

Его решимость действовать возрастала в прямой пропорции с силой эрекции. Мало помалу все мысли Адама сосредоточились на том, что им с Флорой следует немедленно и по возможности незаметно улизнуть из бальной залы. Он стал прикидывать в уме варианты.

– Вы можете прямо сейчас уйти со мной? – спросил граф с откровенной наглостью, намеренно опуская все привычные околичности опытного соблазнителя. В глубине души ему претило собственное возбуждение. Так скоро возникшее непреодолимое влечение к этой женщине смущало его своей неуместной силой. Дерзкая лаконичность непристойного предложения была призвана спровоцировать дочь лорда Халдейна на отказ – и положить конец вышедшей из под контроля ситуации.

– Да, я могу уйти с вами, но ненадолго, – ответила Флора с такой же прямотой.

Мгновенное и недвусмысленное согласие девушки вызвало в нем не радость, а удивление и досаду: она отрезала ему путь к отступлению.

Очевидно, его истинное чувство отразилось на лице, потому что Флора, смело заглянув партнеру в глаза, поспешила сказать:

– Чтоб вас поменьше мучила совесть – извольте, я могу соблазнить вас.

– Привычное для вас дело? – холодным тоном осведомился Адам, хотя его рука еще сильнее сжала ее талию.

– Нет, это впервые.

Однако нарочитое прикосновение ее бедра к его бедру при очередном медленном туре вальса, казалось, говорило противоположное.

– Достоин ли я сего блаженства? – спросил он с саркастической усмешкой – опять таки отлично понимая, что испытывает ее терпение.

– Если вы делаете это не из под палки, то вполне достойны, – спокойно парировала Флора. – Хотя, смею добавить, я сторонница обоюдного наслаждения.

Последние два слова, как видно, тронули верную струну. Теперь Адам как с цепи сорвался.

– Я полагаю, – произнес молодой человек деревянным голосом, – мадемуазель будет интересно совершить экскурсию по новому саду нашего достопочтенного хозяина.

– Смотря что мсье намерен показать мне.

Губы Адама дернулись, ноздри дрогнули – и при первой же возможности он прекратил танец и повлек Флору к выходу в сад.

У двери граф растерянно остановился.

Подняв лицо ему навстречу и задорно улыбаясь, девушка промолвила:

– Не думайте, я вас не дурачу.

– А я и не думаю, – буркнул он. – Так мне что… взять вашу накидку? – Первое поползновение на вежливость за Бог весть сколько времени.

– Вы истинный рыцарь, – все с той же усмешкой ответила Флора. – Но, по моему, вальс нас в достаточной степени разгорячил.

– Я бы сказал, даже чрезмерно, – процедил Адам. Его слова были в странном противоречии с огненным взором, которым он смотрел в глаза Флоры. – А впрочем, танец тут ни при чем…

И он почти вытолкнул спутницу из дома. В залитом лунным светом саду было пусто и голо: там и сям выбивались ранние цветы, на деревьях только только лопнули .почки. Не отпуская Флориной руки.

Адам с террасы быстрым взглядом окинул холодный апрельский пейзаж, принял решение и потащил безмолвную девушку за собой на задний двор, в сторону каретного сарая, зиявшего распахнутыми широкими воротами.