Штору опустили, и в нише снова стало темно. Снаружи донесся добродушный шепоток и звук шагов к двери. Даниэль снова провалился в сон, от которого толком и не пробуждался.

18

Среда выдалась уже не такой солнечной и теплой, как предыдущие дни. Все утро Даниэль провел в коттедже за книжкой. К обеду он закончил ее и разогрел себе банку тушеной фасоли, что обнаружил в буфете над плитой.

Ковыряя вилкой незатейливое блюдо, он смотрел в окно. По долине лениво гулял туман, смягчая краски и очертания пейзажа. Даниэлю всегда нравились подобные летние деньки, тихие и бессолнечные. Взгляд его устремился на скалу на противоположной стороне долины, с ее влажными человекообразными разводами. Забавно, что природа способна создавать такие штуки. Словно долину некогда населяли тощие гиганты, которые ушли прямо в скалу и оставили эти вот следы. Или как в Хиросиме, где люди сгорали на стенах, превращаясь в подобие собственных теней.

Вдруг, прямо с набитым ртом, он вспомнил про ночной визит. Шарящий по кровати луч фонаря, лицо женщины, что он спросонья принял за материнское. Наверняка то был обычный полуночный обход. Даниэль совсем позабыл, что сотрудники клиники наведываются к пациентам каждую ночь, и отправился спать, не дожидаясь проверки. Но он четко помнил, что закрылся изнутри. Видать, у них имеется собственный ключ.

Перекусив, Даниэль отправился в библиотеку и взял там еще один детектив того же автора. Все прошло гладко. Ему даже не пришлось называться, и он только показал книгу библиотекарю, который вальяжно бросил:

– Конечно, Макс, без проблем.

– И вы не будете оформлять выдачу? – удивился Даниэль.

– Да зачем? – дружелюбно улыбнулся библиотекарь. – Я никогда не забываю ни лиц, ни книг.

Он вернулся в коттедж, по пути сдержанно поздоровавшись с соседом, который так же сонно сидел у стены своего жилища и, подобно гигантской жабе, таращился перед собой. До вечера Даниэль занимал себя новой книгой и кое какими играми на компьютере брата.

Его обрадовало, что Макс оставил ноутбук, хотя к интернету подключиться так и не удалось. Нашлась лишь внутренняя сеть клиники, в которой по ссылкам можно было узнать о предлагаемом лечении, курсах и прочей деятельности. Впрочем, попадалась в ней и реклама деревенских магазинов и других заведений. «Пивная Ханнелоры» заманивала посетителей посредством фотографии Коринны в традиционном одеянии и с кружками пенящегося пива в руках. Для доступа на некоторые страницы Сети и вовсе требовался пароль.

Одна из открытых, под названием «Из моего уголка долины», оказалась своего рода блогом деревенского священника, преподобного Денниса. На титульной странице была выложена его фотография в полном облачении на фоне церквушки, заголовок поста текущей недели гласил: «Он покоит меня на злачных пажитях и водит меня к водам тихим (Пс. 22: 2)». Текст начинался так:

Поразительно, насколько эти слова из Псалтыря подходят к Химмельсталю. Где же можно сыскать пастбища зеленее наших? И такое умиротворяющее журчание ручья?

А ведь священник прав, подумал Даниэль. Травы зеленее ему и вправду нигде не встречалось. Он продолжил чтение:

Мне хочется верить, что обитатели Химмельсталя – маленькая избранная паства, которую Господь направил именно в эту долину, дабы они наконец то обрели покой.

Продолжив кликать по ссылкам, Даниэль обнаружил список киносеансов на предстоящую осень, расписание круговых тренировок, красочно поданный ассортимент цветов и овощей местного огорода и описание курсов по контролю побуждений, ведущихся психологом клиники.