Линнея в баре-ресторане «Эш-стрит».

Парковка вдоль тротуара… через дорогу тоже, а еще там разбит квадратный парк или просто зеленая зона отдыха, где тут и там натыканы металлические скамейки и столики… достаточно места и для других машин… хотя время – день.

Потому что Порт-Гибсон, черт возьми, крошечный.

Бар-ресторан «Эш-стрит».

Фульгурит. Украшение. Книга.

Нет…

Книга. Украшение. Фульгурит.

Нет, не одна книга, а несколько… библиотека.

Библиотека имени Харриэтт Персон.

Линнея подпрыгивает на сиденье и нервно дергает подаренный Тассой фульгуритовый кулон; перед глазами проносятся все открытые на «Алисе» окна, а призраки в голове наконец становятся четкими, яркими фигурами.

Библиотека…

Темный кроссовер, пикап, микроавтобус, трейлер или даже грузовичок, зеленый, синий или черный.

Может, в тот день шел дождь: небо ведь темное… потому что убийца прячется во мраке, в струях ливня.

В тот день была гроза, Линнея. Даже проверять нечего. Ты и так знаешь.

Она видит, все видит…

Линнея вовремя смотрит в окно: Рио разговаривает с кем-то возле туалета. То ли это кто-то из встреченной недавно семейной пары, то ли другой человек. Он высокий, стоит спиной к Линнее, лиц обоих мужчин не видно. Рук тоже. Освещение здесь скудное, а по лобовому стеклу стекают такие крупные капли, что все кажется далеким и размытым, тень на тени.

Покой. Тишина. Мрак.

Опасность.

Потому что он прячется во тьме, Линнея, в самую плохую погоду.

Выданный Швайгером пистолет лежит в сумке, а та – на заднем сиденье.

Слишком далеко тянуться, и Линнея слишком поздно осознает, что он ей нужен.

На небе за туалетами вдруг загорается яркий свет, немилосердно белая вспышка, как у фотоаппарата, – моментально выхватившая Рио из мрака. Внезапная летняя гроза.

Летняя молния.

Глава 45

ГРОЗА

Нападать в лоб было глупо – это одна из его немногих серьезных ошибок.

Однако надвигались последние грозовые облака, а он почти подобрался, почти дошел до конца. А потому иного выбора не оставалось.

Капли дождя на лице, ощутимый холод на коже, сырость и затхлость в легких… Он уже не мог остановиться, даже если бы захотел.

Я сезон дождей.

Она совсем близко, только руку протяни; никто и ничто ее у него не отнимет.

Тлалок. Райдзин. Зевс. Шанго. Перун. Индра. Капунис и Инемкло.

Боги гроз, потопа, грома и молнии. Во многих древних культурах по всему миру приносили им жертвы, почитали их, преклонялись перед ними, и скоро он тоже попадет в их пантеон.

Ее специально поставили у него на пути, чтобы она дала ему знак, осветила его путь.

Я заберу крылья сияющего ангела.

Ему уже приносят жертвы, пусть даже никто пока не знает его имени.

Он слушает раскаты грома и готовится к ливню, который отметит его восхождение.

К ливню, который их всех затопит.

Часть четвертая

 Ливень

Глава 46

ТУСОН, АРИЗОНА

Адан Рио мало что помнит из того, что происходило в амбаре Джона Парлора в Вирджинии.

Больше того, он даже не пытается восстановить в памяти фрагменты той ночи. И дело не в том, что он пообещал Линнее никогда об этом не говорить, что трижды врал под присягой, пересказывая случившееся в амбаре, и что, наоборот, не солгал о том, как Линнея у него на глазах в упор стреляла в человека, словно хотела казнить.

Есть что-то особенное в смерти, в умирании, в ощущении, как сердце замедляется, а душа, по-ацтекски «тейолия», отлетает в иной мир – в Миктлан, Тлалокан или на небеса.