– Значит, он стоит не на шоссе, а на какой-нибудь грунтовке, – предполагает Дивайн.

– Возможно. – Уэйлен показывает на фото: – Последние два похожи, «Террейн» или «Солис». Да, точно, «Солис». Он как раз создан для бездорожья. Я бы купил.

– Если бы он выехал на трассу, то уже засветился бы на камерах, – подмечает Дивайн.

– Но район поисков слишком большой… – ворчит Рио.

Район слишком большой, а их самих слишком мало.

– В такую погоду далеко не уйдешь, – возражает Эрвин. – Если вы никогда не попадали в грозу в пустыне, то даже не представляете, что это такое. Ручьи быстро наполняются водой и разливаются ревущими потоками буквально за минуты. Пустыня превращается в болото.

Линнея закрывает ноутбук и поднимает голову.

– Преступнику нужна эта гроза, она важна для него. Так что он никуда не поедет и не сбежит – уж точно не сейчас. Он как раз там, где и хочет быть.

– С моей дочкой, – вставляет Энди, которая все это время стояла в сторонке и помалкивала. Теперь же она рассерженно подходит к агентам. – Он утащил мою малышку, а вы тут сидите сложа руки и обсуждаете чертову погоду! Да еще так спокойно, как будто у вас научный эксперимент!

Рио ей сочувствует: Руби действительно пропала, и им не стоило вести при Энди такой разговор. Однако выбора нет. Время уходит, варианты кончаются.

– Мы ее найдем, – твердо заявляет Линнея. – Обязательно.

Не давай таких обещаний. Пожалуйста, пожалуйста, не надо… Не давай обещаний, которых не сможешь сдержать.

– Как? – рычит Энди, глотая слезы. Она в бешенстве. – Как вы ее найдете?

– С вашей помощью, – поворачивается к ней Рио. Смотрит на всех присутствующих, не замечая вдруг окаменевшего взгляда Швайгера. – С вашей помощью.

Глава 58

АХО, АРИЗОНА

– Нет, ты точно спятил! – рявкает Швайгер. – Ты чертов псих! А я-то думал, что сумасшедшая из вас Линнея Рен!

Они отошли от остальных и удалились в другое помещение – бывший чулан или исповедальню. Там пахнет песком и старостью, ушедшим временем. Лет в двадцать Рио привлекали некоторые идеи католичества, как, впрочем, и других вероисповеданий и религий, и он удивлен, что до сих пор помнит катехизисы и молитвы, которые будто эхом доносятся из темных углов и дальних комнат старой церкви.

– Нет, – стоит на своем Швайгер. – Нет!

– Эти двое местных знают окрестности, так что нам лучше разделиться на отряды. В одном буду я, Дивайн и Бэрроуз, в другом вы, Линнея и Эллис, а в третьем – двое ваших агентов и Гарсия. Так мы охватим больше территории, по крайней мере по трем основным дорогам и в районах между ними.

– Дивайн здесь на птичьих правах, – мотает головой Швайгер. – А вы вообще едва стоите на ногах.

– Поэтому я и стараюсь держать вас от Дивайна на расстоянии, вроде как он действует сам по себе. Так вы сможете откреститься от того, чем он занимается. Ну а со мной все будет нормально.

– Уж не знаю, заметили вы или нет, но Эллис от каждого раската грома и каждой вспышки молнии бросает в холодный пот, – саркастически смеется Швайгер. – Вот уж у кого не все дома! Мы не можем ни телефон отследить, ни посмотреть на местность с воздуха, ни установить наблюдение. Даже если мы в такой буре и наткнемся на УЦМ, что будем с ним делать? На каком основании задержим? В лучшем случае он уйдет от ареста, сославшись на правовые и этические нормы. А в худшем кто-то из ваших так называемых оперативников пострадает. Или погибнет. Мы уже не на Диком Западе, Рио. Мой ответ нет! Мы не готовы ни стратегически, ни тактически.

– План неидеален.