– Такое спокойствие, цивилизация, а потом смотришь туда, и… – его взгляд перемещается на склон холма, – настоящие дебри.

«Это еще слабо сказано», – думает Элин, не в силах отвести взор.

Необъятные масштабы раскинувшейся за деревней территории вызывают странное чувство клаустрофобии, как будто надвигающийся лес вот-вот поглотит дома.

OBSERVAÇÃO DE FAUNA E FLORA.

FESTIVAL GASTRONÓMICO. EXPOSIÇÃO DE ARTE.

PASSEIO NOTURNO

«Наблюдение за птицами.

Кулинарный фестиваль. Художественная выставка.

Ночная прогулка».

На сенсорном экране туристического центра сменяют друг друга фотографии парка – это едва ли не единственный кусочек современности среди потрепанных шкафов и полок, прогибающихся под огромными стопками листовок и буклетов.

Внутри это место производит более мрачное впечатление, чем снаружи. К тому же окна тут закрыты многочисленными плакатами и листовками, беспорядочно прилепленными к стеклу.

За столом сидит мужчина со скучающим выражением, которое подчеркивают забранные в хвост седые волосы, удлиняющие лицо. Сначала он молча изучает их взглядом, а потом спрашивает на беглом английском:

– Чем могу помочь? Наверное, вам нужна карта?

– Не совсем. – Элин подходит к столу и останавливается перед ним. – Мы хотели спросить вас об одной нашей знакомой, ее зовут Кир.

– Ясно.

В глазах мужчины настороженность, пока он медленно рассматривает их лица и впервые по-настоящему оценивает.

– Мы считаем, что она пропала, и знаем, что она заходила сюда как минимум один раз. Может быть, вы ее помните…

– Пропала? – перебивает мужчина и резко тычет пальцем на прикрепленные к стене полароидные снимки, отчего его хвост раскачивается. На фотографиях люди на велосипедах и трекинговых тропах. – К нам заходит куча людей. Вероятность…

Он умолкает и вместо окончания фразы громко и хрипло кашляет.

– Но просто на всякий случай. – Айзек кладет на стол телефон и указывает на экран. – Мы ищем вот эту девушку.

На лице мужчины, взявшего телефон желтыми от никотина пальцами, появляется отстраненная улыбка человека, готового принести извинения, после чего он медленно кивает.

– Да, я узнаю ее. Она приходила несколько раз.

– Она не говорила, чем здесь занимается? – спрашивает Элин.

– Сказала, что она художница. Я так понял, в парке она искала вдохновение. Как и многие художники. Она интересовалась местной галереей. – Он снова тычет пальцем, на сей раз на висящую на противоположной стене акварель. – Хозяйка галереи сказала, что это ее работа. – Снова взглянув на фотографию Кир, он чешет шею. – Так вы говорите, она пропала?

– Мы так думаем. В последний раз ее видели здесь, в парке.

– Такое часто случается. – Его лицо напрягается. – Знаете, порой я даже думаю, не для этого ли сюда приезжают.

– Чтобы исчезнуть?

– Даже не знаю… мой отец говорил, что если ты не родился здесь и не турист, то приехал в такое место не просто так. Скорее всего, чтобы сбежать от кого-то или чего-то.

– И здесь пропадает много людей? – спрашивает Элин, которую смутила обреченность в его тоне.

Он кивает.

– В прошлом году пропал один турист. Жил в палатке с другом. Они шли по тропе у водопада. А потом – раз! – Он щелкает пальцами. – И его нет.

– Его так и не нашли?

– Никаких следов. – Мужчина пожимает плечами. – Знаете, существуют теории заговора по поводу того, почему здесь пропадают люди, но на самом деле в большинстве случаев причины куда более банальные.