— Будет вам сюрприз, ублюдки, — тихо шептал Нэйв, аккуратно загребая метровую трубу пусковой установки мусором.

Особое внимание капитан уделил верхнему слою, стараясь положить камни и мусор в прежнем порядке.

Излишки щебня и мусора, оставшиеся после работ, аккуратно уложенные на плащ-палатки, ползком оттащили к соседнему зданию и высыпали в глубокую воронку от снаряда. Незачем рисковать привлекать внимание пусть и небольшими, но кучками хлама, которого ранее не наблюдалось на этом месте.

— Уходим, — скомандовал Грэм.

Союзовцы один за другим протиснулись в узкий лаз тоннеля. Нэйв вполз последним, дёрнув за проволоку, прикреплённую к куску пластика, удерживавшего кучу строительного мусора. Тут же за его спиной раздались шорох и перестук камней — куча завалилась, надёжно запечатывая лаз. Этот звук не должен был насторожить доминионцев: в размолоченном бомбами и снарядами городе что-то обваливалось и осыпалось ежеминутно.

Ползти полтора километра по узкому, полутораметрового диаметра лазу было очень трудно. Особенно Нэйву, который ещё и выбивал ногой опоры позади себя, осыпая тоннель.

В основной коридор он вывалился, чувствуя себя выжатым лимоном.

— Уф… — Грэм устало осел на пол и привалился к стене.

Откинув забрало, он несколько секунд таращился в потолок, борясь с навалившейся усталостью. Очень хотелось просто лечь и уснуть. И чёрт с ней, с войной.

Почувствовав толчок в бок, капитан оторвался от созерцания потолка и перевёл взгляд на солдата, протягивающего ему одноразовый стакан с дымящимся ароматным напитком.

— Спасибо, — поблагодарил Грэм и сделал глоток обжигающего вкусного идиллийского чая.

Невольно вспомнилось, как он впервые попробовал этот напиток на импровизированном застолье, устроенном Зарой. Сколько времени прошло с того момента? Три недели? А казалось — вечность.

Вернув стакан солдату, Нэйв кое-как встал на ноги и побрёл докладываться Раму.

— Да нет тут никаких союзовцев! — услышал он голос из бокового коридора, утонувший в громоподобном хохоте.

Капитан с ленивым любопытством обернулся и усталость с него слетела в миг: в окружении сослуживцев дурачился рядовой-пехотинец, держа в руках шлемы репликантов.

Что-то подтолкнуло Грэма подойти к шутнику.

— Дай сюда, — капитан отобрал шлемы и развернул к себе тыльными частями, ища номера.

Оба номера незнакомы. Значит, не Чимбик и не Блайз. Странно, но почему-то это открытие вызвало облегчение.

— Держи, — Нэйв сунул шлемы ошарашенно хлопавшему глазами солдату и поплёлся на КП, не обращая внимания на недоумённые шепотки за спиной.

«Нет», — думал Грэм, бредя по коридору. — «Чимбик слишком умён, чтобы гробануться. А Блайз — удачливый придурок. Пусть в этой истории хоть для кого-то будет счастливый финал. А Лорэй и эти двое его заслужили».

— Ну что, наигрался? — вместо приветствия хмуро бросил Костас, едва Грэм переступил порог командного пункта.

— Да что ты злишься? — вяло полюбопытствовал Нэйв, опускаясь в кресло.

На «ты» они перешли вскоре после того, как закончилось перемирие.

— И действительно — чего? — Костас с наигранным изумлением развёл руками. — Всего-то делов — мой начштаба ползает по тоннелям, вспоминая детство.

— Да какой из меня начштаба… — начал было Грэм, но был прерван жёстким:

— Какой есть! — Костас навёл на него палец, словно пистолет. — Так что завязывай с играми. Вот твоё поле боя!

И указал на голографическую карту города.