Изменить размер шрифта - +
На душе сделалось почти спокойно. Неизбежная, близкая смерть, кого-то сводит с ума, а кому-то дарит ясность и покой. Костас был из последних. Китежец оглядывал собственную жизнь с удовлетворением. Он жил как воин и погибнет также: с честью.

Лишь где-то у сердца жило беспокойство за дочь. Он не доверял этим доминионским шлюхам, не мог полагаться на репликантов, а Зара… Чем она могла помешать, вздумай Лорэй или штамповки сдать Дану начальству?

Но капитан Нэйв, земля ему пухом, им верил и Костас предпочёл последовать его примеру. Там у Даны был шанс на жизнь. Главное, чтобы она не спустила его в трубу, задумав что-то безумное и бессмысленное…

В ста километрах от Костаса доминионский оператор тактического ракетного комплекса закончил ввод данных цели, полученные разведкой от перебежавшего корпората. Доложив командиру, оператор получил разрешение на пуск и тронул нужный сенсор, запустив гиперзвуковую ракету «Пернач», оснащённую противобункерной боеголовкой.

Через несколько секунд чудовищный удар потряс подземную крепость. Люди в коридорах попадали, словно сбитые кегли. Когда капрал-оператор сумел поднять голову, то увидел страшное зрелище: вместо дверей командного пункта громоздился завал из земли, камней и кусков бетона.

— Командира завалило! — закричал капрал, вскакивая на ноги.

 

Глава 28

 

Планета Идиллия. Пригород Эсперо. Несколькими днями ранее

Боль в руке заставила Дану открыть глаза. Мир плыл, будто после пропущенного удара в голову, а горло словно присыпали песком.

— Попей, будет легче.

При звуке этого голоса Дёмина попыталась рывком сесть, но едва сумела пошевелиться. Пятна перед глазами пришли в движение, чья-то рука легла ей на затылок и приподняла голову, губ коснулось что-то твёрдое, а в рот попало немного воды. Дана сделала глоток, другой и закашлялась. Зрение немного прояснилось и невнятные кляксы превратились в Лорэй, державшую кружку с водой. Сделав ещё несколько глотков, Ракша огляделась: деревянные стены и потолок, капельница на штативе, игла в вене, зелень за окном.

И ни единого воспоминания, позволившего понять, как она сюда попала.

В вязком, как кисель, сознании далеко не сразу выстроилась связь между капельницей, иглой и плачевным состоянием. Дана с трудом подняла руки в попытке вынуть иглу, но Лорэй не позволила закончить начатое.

— Капельница уменьшит интоксикацию, тебе станет лучше. Просто полежи спокойно.

В голосе не было ни сочувствия, ни угрозы.

— Что?.. — сдавленно просипела Дёмина.

— Поговорим когда придёшь в норму, — ответила Лорэй. — Сейчас ты плохо соображаешь. Я вернусь через полчаса и всё объясню.

Особого выбора не было и Дана просто промолчала, посвятив время попыткам вспомнить предшествующие события. Даже это усилие давалось с трудом, но Ракша не сдавалась. К возвращению Лорэй она восстановила цепочку событий до самого супермаркета и неожиданной встречи. Грёбаные шлюхи её и отравили…

Понимание не принесло спасительной ярости. Даже несмотря на ощутимое облегчение от поступающего в кровь лекарства, у Даны просто не было сил на столь яркие эмоции. Ей просто было плохо.

— Ну как, лучше? — спросила вернувшаяся Лорэй.

Она вынула иглу и стянула ранку нашлёпкой биопластыря. Ракша рефлекторно сжала руку в локте и попыталась сесть. К её удивлению — получилось.

— Что со мной? — прочистив горло, задала вопрос Дёмина.

— Я тебя немного отравила, — буднично сообщила Лорэй. Взглянув на Дану, она добавила: — Что ты на меня так смотришь? Ри вообще предлагала тебя убить. Ты же не будешь мне рассказывать, что собиралась податься в садоводы-любители?

Возражать было глупо и Ракша промолчала.

Быстрый переход