— Насмешники, значит, — медленно произнес Бакли, словно пробуя слово на вкус. — А что? Хорошее название. Мы и правда можем теперь много над чем посмеяться. И вообще, я читал, что смех — это страшное оружие.

— Что верно, то верно, — согласился Фадан. — Значит, Команда Насмешники. Что ж, теперь объясни другие буквы.

— Запросто. ФРКН — Фадан, Руководитель, Команда Насмешники. ША1КН — Шини, Агент № 1, Команда Насмешники, АА2КН — Аквист, Агент № 2, Команда Насмешники, БВКН — Бакли, Врач, Команда Насмешники, ну и я, БККН — Бонни, Координатор…

— Ага, — дошло до Фадана. — Слушай, а здорово придумано! И жилетки никто не перепутает.

— Ну, твою трудно перепутать, — хихикнула Бонни. — А вот ребята да. Не перепутают, точно. Но я что-то не вижу благодарности!

— А какую ты хочешь благодарность? — тут же спросил Шини.

— Ммм… что-нибудь вкусное, лхус, конфетки, и поцелуй в щечку от каждого, вот! — гордо ответила Бонни. — По-моему, я это заслужила.

— По-моему, тоже, — согласился Аквист. — Ты действительно большая молодец.

* * *

В Аюхтеппэ решено было ехать проселками, несмотря на то, что Бакли ворчал, что машина на проселках может развалиться. Бонни и Фадан наметили маршрут, и команда потихоньку двинулась в путь, благо что езды оставалось часов пять, не больше, даже с учетом проселков.

День выдался пасмурный, да и природа вокруг была уже совсем северная — еще во время путешествия с колонной все начали замечать, что деревья становятся ниже, леса попадаются реже, а вместо привычных полей тут и там виднеются многочисленные болота.

Проселки в этих местах оказались малоезженые, узенькие, и вскоре Бакли стал опасаться, что машина застрянет в какой-нибудь луже. Однако старый пикап проявил себя неожиданно хорошо. Бодро тарахтя мотором, он тащился и тащился по дороге, ловко выбираясь из ям и луж.

— Хорошо, что у нас дорожный просвет высокий, — с удовольствием сообщил Бакли на третьем часу езды. — Всё нам нипочем. Вот с низким просветом на такую дорогу лучше не соваться…

Он не договорил. Вдруг резко ударил по тормозам — и пикап замер посреди дороги.

— Ты чего делаешь?! — заорал Аквист. — Чуть мотик не оторвался! Веревки же слабые!

— Да вон… говорю же, с низким просветом лучше не соваться, — каким-то придушенным голосом сказал Бакли, показывая вперед. — Смотрите сами.

В глубокой луже перед ними стояла, зарывшись в грязь передними колесами, машина конкурентов.

— …если вы обещаете к нам не лезть, мы вас вытащим! — повторил Фадан уже в десятый раз. — Что непонятного?

— Отдайте диск! — рявкнула Олка. Бонни в ответ показал ей язык.

— Не хотите по-хорошему, сидите в грязи, — фыркнула она. — Чего не вылезаете? Ножки промочить боитесь?

Олка смерила Бонни презрительным взглядом.

— Ничего мы вам отдавать не будем, — решительно ответил Фадан. — Вы только посмотрите, какие нахалы, а! Увязли, и нам же еще и условия ставят!

Из второго окна машины высунулся белоглазый Грешер и зло уставился на Фадана.

— Мало я тебе врезал, — сказал он с отвращением. — Надо было больше. Вы придурки! Вы понимаете, что если не вытащите нас, не проедете сами?

Фадан вздохнул.