|
Север в этой местности и впрямь чувствовался, в том же Шенадоре было не в пример теплее.
— Ну я на неё и наорал, зачем ребенка раздела, — Бакли понурился. — Загнал в машину, велел теплого лхуса ему дать с сахарком, молока и варенья. Ну и травок еще дал, которые мы с Сепом наготовили. Сказал, как заваривать.
— А она?
— Да вроде, слава Триединому, послушалась. Но меня стала спрашивать — может, мол, я врач? Чуть не ляпнул, что врач, но вовремя опомнился. Сказал, что травки эти моя мама мне с собой дала на паломничество, и что это у нас семейный рецепт такой от апчихита. Пронесло. Скажи я, что врач, получил бы этими же травками по роже, — Бакли с досадой махнул рукой. — Она всю дорогу, пока я помочь пытался, врачей костерила, прикиньте? Даже я, сколько лет езжу, много нового про нас узнал.
— Что, например? — с интересом спросил Аквист.
— Что, оказывается, во врачи идут только те, кто на чужую боль смотреть любит, — Бакли шумно вздохнул. — Что мы от чужой боли просто кайф ловим. И что особо мы любим, когда дети болеют. Даже вызовы разыгрываем, кто поедет на больного ребенка смотреть.
— Серьезно? — безмерно удивился Фадан. — Она такое сказала?
— Не хочу я говорить, чего она еще сказала, — Бакли отвернулся. — Мерзко на душе. Вообще, я бы выпил что-то, но ведь машину завтра вести, нельзя.
— Пошли спать, ребята, — предложил Шини. — Авось, к утру всё будет не так плохо.
* * *
Утро для всех началось с приятного сюрприза — проснувшись, Фадан, Аквист, Шини и Бакли обнаружили, что рядом с их одеждой лежит по новой жилетке. И что жилетки — ну просто суперклассные! Мало того, что они оказались в самый раз (видимо, у Бонни был отличный глазомер), так еще и на каждой имелась вышивка блестящей синтенитью. Вышивки были на нагрудных кармашках, небольшие. Но смысл их сначала никто не понял.
У Фадана на жилетке оказалось написано «ФРКН».
У Аквиста и Шини — «ША1КН» и «АА2КН».
У Бакли — «БВКН».
— И что это значит? — недоуменно спросил Фадан, разглядывая надписи. — Так… первые буквы — это наши инициалы, если я правильно понимаю.
— Вроде бы похоже, — согласился Аквист. — У тебя — Ф, Фадан. У Бакли — Б. У Шини — Ш. У меня — А. Но что значат остальные буквы?
— Вот проснется Бонни, спросим, — пожал плечами Фадан. — Мне самому интересно…
Бонни проснулась в половине одиннадцатого утра, видимо, шитье её утомило. К команде она вышла в новом пиджачке, нагрудный карманчик которого тоже украшала вышивка — на этот раз «БККН».
— Бонни, что это за буквы? — с интересом спросил Шини.
— А где спасибо за жилетки? — тут же повернулась к нему Бонни.
— Спасибо огромное, они просто замечательные! Но что значат надписи? — поинтересовался Фадан.
— Эх, вы… хотя бы первые буквы могли бы угадать, — фыркнула Бонни.
— Первые мы как раз угадали, это наши инициалы, — улыбнулся Аквист. — Да? — Бонни кивнула. — А дальше?
— Тогда подскажу последние. КН — это Команда Насмешники, — невозмутимо объяснила Бонни. — Это мы с Аной ночью придумали.
— Насмешники? — растерянно переспросил Фадан. — Но почему?
— Надо же нам как-то называться, — Бонни пожала плечами. |