Щелк — эльф снимает предохранитель с пистолета. Дрорег прыгает вперед. Прыгает на страшное черное дуло.

Одинокий выстрел разрывает ночную тишину проклятых Безбожьем улиц. Затем тихо. Очень тихо. Будто застрелили целый мир.

Дрорег открывает глаза. В боку остро режет, кровь стекает с пальто на перчатки Аллодона. Багровая орочья кровь стекает на багровые эльфийские руки.

Орк лежит на эльфе. Шея Аллодона сломана, раскосые васильковые глаза смотрят на луну. Смотрят на звезды.

Сирены полицейских машин воют со стороны ярких небоскребов. Едут копы. Честные или грязные. Может, те и другие.

Дрорег поднимает руку с приемником. Самоцвет разбит, отколотый осколок сверкает синим в золотых кудрях эльфа.

Дрорег смотрит вперед. Скелеты бараков чернеют совсем рядом. Орочья улица. Притон бандитов и беглецов. Место, где вырос Дрорег. Место, где орка всегда приютят.

Дрорег встает, кровь течет по пальто. Самоцвет рассыпается в руке.

Сирены все ближе. Копы едут на вызов. Чтобы разобраться во всем. Чтобы кого-то посадить.

Дрорег стоит и не двигается. Одну секунду, две, три. Затем орк поворачивается спиной к черным баракам. Яркие огни далеких и недостижимых небоскребов на миг ослепляют его.

Шатаясь, Дрорег идет на вой сирен. Он не сбежит, потому что Дрорег не только орк. Еще Дрорег детектив. Еще честный коп.

Честный детектив орк Дрорег выходит на свет фар полицейских машин.

Танец обреченной куклы

Частный детектив Дрорег распахивает шторы. За окном узкие переулки тонут в полумраке. На востоке далекие небоскребы делового центра загораживают шар восходящего солнца. Из-за этого в Старом городе всегда рассветает на час-два позже, чем в высотном даунтауне.

Еще час-два остатки тьмы будут скрывать помои и грязь на обочинах Кроличьей улицы. Лучшее время для встречи с клиентами.

Босые ноги орка шлепают по желтому линолеуму к умывальнику в углу маленькой комнаты. Дрорег по-быстрому чистит клыки. Затем заправляет постель на узкой койке у стены рядом с умывальником. Напротив, в центре комнатушки, возле обшарпанного стола с тремя креслами, сияют холодным блеском железные сапоги. Дрорег тянется вверх и опускает с потолка тряпичную ширму, закрывая койку и умывальник.

Едва орк надевает сапоги, в дверь квартиры-комнаты стучат. В коридоре стоят мистер и миссис Гоффр. Впустив их, Дрорег усаживает чету владельцев ресторана «Вкусь» в кресла. Сам садится за стол напротив.

— Ну так что? — резко начинает миссис Гоффр. — Вы нашли наши деньги?

Дрорег молча открывает полку под столом и шуршит бумагами.

— Похоже, нет, — говорит мистер Гоффр. — Я же говорил, дорогая, не стоит надеяться.

— Найдем другого сыщика! — говорит миссис Гоффр. — Почему ты вообще выбрал этого орка?

Она недоуменно оглядывает тесную бедную комнату. Дрорег бросает мешавшую газету на стол и вытаскивает с полки остальные бумаги. Под столом остается только черный фотоаппарат, весь в царапинах от орочьих ногтей — теперь единственное оружие Дрорега. «Где же она?» — бурчит детектив.

— У детектива орка хорошие рекомендации, — говорит мистер Гоффр. — Думаю, дорогая, это не его вина.

— Конечно. Это твоя вина, — говорит миссис Гоффр. — Ты всегда ищешь дешевые варианты. И детектива выбрал дешевого.

Дрорег резко бросает на стол фотокарточку, которая скользит по столу к миссис Гоффр.

— Не смог найти, что хотел, — говорит Дрорег, продолжая копаться в снимках и бумажках. — Сойдет и эта.

Мистер и миссис Гоффр нагибаются к снимку. Стройная симпатичная горгона в золотистом жакете стоит на мостовой.