|
Когда Келли сообщила мужу о своих планах вылепить из их дочери женщину ученого, Кевин поднял ее на смех, однако препятствий чинить не стал, и Келли засучив рукава ринулась в бой. Вначале она убедила Крисси перейти в класс с углубленным изучением математики и естествознания. Затем, чтобы уж наверняка заткнуть за пояс скудоумных имбецилов, заполонивших эту так называемую элитарную академию, она подкупила дочь новым айфоном и отослала ее на компьютерные курсы при местном общеобразовательном колледже. Потом договорилась с Алисией Стоун о практике в ее компании и, наконец, прошлым летом запихнула дочь в дневной лагерь, где та обучала девочек подростков программированию. Вскоре, правда, выяснилось, что никого в этом лагере Крисси ничему не обучала, а, скорее, просто нянчилась с соседскими детьми, однако разве читающие красивую строку в ее резюме станут вдаваться в такие подробности?
Отрезав толстый кусок сыра, Келли водрузила его на крекер. – Надеюсь, «Женщина ученый» утрет нос Брук со всеми ее стоуновскими миллионами. Она запихала крекер в рот. – Славься, о Келли, припасшая в рукаве научно инженерный козырь для девочки, обожающей историю и ненавидящей математику, – ухмыльнулся Кевин, поднимая бокал. – Главное, чтобы он побил козыри других претендентов. Крисси сражается не против какого то гипотетического ребенка в Америке. Она бросает вызов Винни и, подчеркиваю, Брук Стоун, а также любому однокласснику, решившему поступать в Стэнфорд. – Я поговорю со Стивом Мастерсоном, посмотрим, удастся ли ему замолвить словечко за Крисси. Возможно, он напишет ей рекомендательное письмо. Не хотелось бы его беспокоить, но, похоже, пора вводить в бой тяжелую артиллерию. Стив, друг Кевина со времен Стэнфорда, не только занимал высокое положение в попечительском совете университета, но и являлся самым крупным клиентом фирмы, где работал Кевин. Немудрено, что раньше супруг отказывался прибегать к его помощи, и Келли не могла нарадоваться, слыша его слова: наконец то он понял, насколько высоки ставки. – Ты прав, поговори со Стивом, – кивнула она, отрезая второй кусок сыра. – Я же подумываю нанять частного консультанта – пусть отредактирует эссе Крисси. И возобновить занятия с репетитором раз в неделю. Средний балл Винни всего на одну сотую больше, чем у Крисси. Но по оценкам за первую четверть она может опередить всех в классе. – Попридержи коней, Кел. Я не меньше твоего мечтаю увидеть Крисси студенткой Стэнфорда, однако мы подошли к опасной черте. Мы тратим сто тысяч долларов в год на одних только репетиторов для всех троих. – На лбу Кевина вздулась и запульсировала синяя вена. – Дополнительные репетиторы нас разорят. С какой стати нам платить кому то за чтение ее эссе? Да за те деньги, которые мы тратим на репетиторов, они должны сами за нее эссе написать! Келли уставилась на бокал вина и вздохнула. Опять эти деньги. Деньги дребеденьги. Все всегда упирается в них. Кевин являлся партнером одной из крупнейших в мире аудиторских компаний, входящих в «Большую четверку», однако в наши дни даже выдающемуся сертифицированному аудитору не пробиться на вершину пищевой пирамиды Сиэтла. Современные властелины мира работают в сфере высоких технологий и финансов. Эх, если бы она не ушла из той маленькой, но многообещающей фирмы, когда родилась Крисси. Если бы продержалась еще пару тройку лет и дождалась выпуска акций… Вот тогда бы она получила все и сполна! Нет, они не стали бы такими же нуворишами, как Алисия Стоун и ей подобные, но, по крайней мере, не вели бы подобных бесед. Кевин и Келли не уступали этим набобам в уме, но значительно проигрывали им в богатстве. И всякий раз, когда она сталкивалась с напыщенными идиотами, которые нажили миллионные состояния, просто оказавшись в нужном месте и в нужное время, ее душили обида и черная, ядовитая зависть. Эти люди купались в богатстве, а они, Кевин и Келли, еле еле сводили концы с концами, стремясь обеспечить детям достойное образование в академии и университетах, погасить ипотечные платежи и всё возрастающие проценты по кредиткам, оплатить страховые взносы и отложить хоть что то на старость. |
