– Вы меня звали? Вам не понравился салат? У меня есть яблоко и арахисовое масло.

– Что? – оторвалась от телефона Алисия. – Нет. Все чудесно. Закрой, пожалуйста, дверь.

Пост Келли возмутил ее до глубины души. Нечего сказать, пометила дамочка территорию – нагадила на виртуальный ковер. Какая то Келли Вернон, королева подлиз, затычка в каждой бочке, и на тебе – зубы скалит! Беспардонная наглость. И все же, разглядывая фотографию, Алисия не могла отделаться от мысли, что ей следовало знать о «Почетной стипендии». Кликнув по ссылке, услужливо предоставленной Келли, Алисия перешла на сайт «Сиэтл таймс» и прочитала статью. Что ж, двадцать семь учеников – неплохой показатель. Скользнув взглядом по списку фамилий, она на миг задержалась на фамилии Прессли, затем впилась глазами в букву «С» и… не нашла «Брук Стоун».

Алисия судорожно вздохнула – досадно. Такое ощущение, словно тебя вычеркнули из списка гостей, приглашенных на вечеринку. По ее мнению, средняя оценка дочери – 3,5 балла из 4 возможных – являлась вполне приличной, учитывая суровые требования, предъявляемые к ученикам в Эллиот Бэй (средняя оценка которых обычно колебалась в диапазоне от 3,75 до 4 баллов), однако Брук уже четыре раза сдавала общий тест для поступающих в университет, пробуя свои силы, но так до сих пор и не набрала требуемого Стэнфордом проходного балла. У нее осталось восемь попыток… Алисия покрылась легкой краской стыда: подумать только, чтобы принять отпрыска одного из самых щедрых спонсоров, Стэнфорду придется ощутимо снизить планку.

Взглянув на часы, Алисия спрятала телефон в верхний ящик стола и снова уткнулась в монитор. Не так давно руководство «Аспере» составило письмо о намерениях, выказав желание приобрести недавно объявившуюся на рынке маленькую, но успешную компанию. Однако, как только началась комплексная юридическая проверка, из всех щелей полезли проблемы. Три раза кряду перечитав предупреждение о последствиях ненадлежащего ведения бухгалтерского учета, Алисия закрыла документ, крутанулась в кресле и уставилась в окно. Быть такого не может, чтобы Тед ее ослушался: он наверняка поставил в известность консультационный центр, кураторы которого наверняка посоветовали Келли выбрать для дочери другой университет. Кто такие эти Келли и Крисси, чтобы пропускать мимо ушей указания академии?

Крисси, надо отдать ей должное, превосходно училась и обладала двойным «наследием». Однако, насколько понимала Алисия, Келли особо уповала на ее козырь «Женщины ученого», считая его заветным ключом к воротам Стэнфорда. Прошлой весной Келли хвостом ходила за Алисией, упрашивая взять на практику свою подающую надежды программистку. Она завалила почтовый ящик Алисии письмами с резюме дочери, такими же серыми и безликими, как и их автор. Лишь бы отвязаться от нее, Алисия устроила Крисси на место бизнес аналитика. И теперь испытывала некоторое злорадство: вполне вероятно, многие элитные университеты действительно не отказались бы от очередной «Женщины ученого», однако на недавнем попечительском совете Стэнфорда им объявили, что впервые за всю историю университета у него отпала острая нужда в подобных студентках. Очевидно, в последние годы приемную комиссию Стэнфорда наводнили заявления от «Женщин ученых». Она даже подумывала сообщить об этом Келли и университетским кураторам Эллиот Бэй, но как то запамятовала.

Алисия намотала на палец прядь волос. Разумеется, беспокоиться не о чем, однако же интересно: способно ли откровенное заявление Келли вдохновить на подвиг других претендентов? Только ли Крисси не намерена отступать? Или есть в академии еще одна ученица, которая, вознамерься она перейти дорогу Брук, неминуемо отнимет у нее вожделенное место в Стэнфорде? И если такая ученица там есть, то винить за это Алисия должна только себя.