Когда Дэниел закончил последний стежок, лицо у него было белым и мокрым, глаза жгло от пота и слез, которые рвались наружу, но считались недопустимыми. И первое, что он увидел, была самодовольная ухмылка Викери.

– Хирург должен быть сильнее и разумнее боли, – объявил он врачам, которые незаметно для Гибсона заполнили операционную, потом окинул взглядом побелевшее лицо Дэниела, его напряженные плечи и добавил: – Но не все на это способны. – Он приподнял веко Бет, чтобы проверить зрачки, а потом торопливо пошел прочь, как будто это дело ему наскучило, бросив на ходу: – А здесь прижечь.

Врачи молчаливой стайкой порхнули за наставником через дверь, помахивая тетрадками, словно крылышками.

– Черта с два я стану прижигать, – пробормотал Дэниел. В научных работах разных авторов то и дело приводились доводы против травмирующего воздействия прижигания, да и самому Гибсону не удавалось таким способом избавиться от инфекции. Уж лучше каждый день ставить пиявки и молиться, чтобы шины уберегли оставшиеся пальцы.

– Ты уверен? – нахмурился Гарри. – Викери это не понравится.

Дэниел посмотрел на Бет, все еще скулящую в опиумном тумане, затем снова на Тримбла:

– Да.

Гибсон наклонился перевязать темнеющий шов, Гарри же ожесточенно бормотал себе под нос все сочные эпитеты, которые ему когда-либо доводилось слышать о таких людях, как Викери.

– Знаешь, лучшее, что я приобрел на флоте, это словарный запас, – признался он, помолчал и, не дождавшись понимающего смешка от Дэниела, продолжил уже мягче: – Когда они так кричат… Это невыносимо даже у мужиков, которые сотнями прошли через мои руки, а тут женщина…

– Она на мою сестру похожа, – наконец ответил Дэниел. Это было правдой лишь наполовину. На самом деле пациентка больше походила на Мэй, чьи губы много раз шептали ему нежные слова и дарили целомудренные поцелуи.

– Что ж, когда она проснется и ей станет лучше, уверен, она еще много чего выкрикнет мужчинам, если я хоть что-то понимаю в женщинах. К тому же палец был не безымянный, так что она еще вполне может заполучить у кого-нибудь славное обручальное колечко.

Дэниел только скупо улыбнулся.

– Отправляйся-ка ты восвояси, а то Викери и к тебе начнет цепляться. Я тут сам разберусь.

Гарри послал другу кривую улыбку и направился к двери.

* * *

Нора привыкла ступать очень тихо, но, когда она проходила мимо полуоткрытой двери гостиной, доктор Крофт услышал ее шаги.

– Нора, это ты?

– Да.

– Заходи. Ты мне нужна.

Нора вошла внутрь и скрестила руки на груди, стараясь не замечать улыбки Гарри Тримбла. Девушка слышала, что он пришел полчаса назад, однако ей не хотелось кидаться к нему, будто жаждущий внимания щенок.

Но Гарри Тримбл, похоже, думал по-другому. Он поднялся со стула и протянул руку:

– Мисс Биди, как приятно снова вас видеть.

– Жаль, что вы не пришли раньше и не присоединились к нам за ужином, – сказала она.

– Не хотелось вам досаждать, – пояснил Тримбл.

– Вы нисколько никому не досаждаете, – возразила Нора, жестом приглашая его снова сесть.

Доктор Крофт хмыкнул и поудобнее устроился в кресле.

– Доктор Тримбл хотел услышать твои соображения, – заявил он.