Запасной выход «Риалти» располагался на уровне полуподземного этажа в помещении, служившем ранее то ли складом, то ли кабачком местной богемы, а сейчас - просто пустовавшем и запертом на патриархальный амбарный замок, сладить с которым для профессионалов не составляло никакого труда. Мюрид распорядился относительно постов наблюдения: Зафар отправлялся присматривать за парадным входом в офис, а Рыжий, маскируясь «во-о-о-о-н в той подворотне», контролировал запасной выход. Убедившись, что распоряжение его понято и принято к исполнению, Мюрид нырнул в благоухающую сырой плесенью и кошачьей мочой утробу полуподвала.

    На ведущей в тылы офиса лестнице он чуть не сломал к чертям собачьим ногу - одна из ступенек находилась в прискорбнейшем состоянии. Поминая шайтана, Мюрид последовал дальше, стараясь соблюдать большую осторожность. Подобными делами он не занимался уже много лет - с тех самых пор, как сподобился стать личным порученцем по особым делам у Козыря, а затем, когда Козыря «приголубил» Чага, то и у Чаги. Чагу, благополучно загнувшегося от нелеченого рака, сменил Пластилин, а того... Мюрид не слишком хорошо помнил уже, кто перерезал глотку Пластилину. Целая вереница довольно колоритных фигур сменилась у кормила группировки «горцев», контролирующей почти четверть планетарного оборота «пепла». Предпоследним был почтенный Мулла, с которым неожиданно для всех разобрался - прямо в мечети, в час утренней молитвы - Хубилай, бывший тогда совсем еще новичком на Фронде. Вошел в дом аллаха рядовым погонялой группки «толкачей», а вышел Большим Шефом. Он повторил древний трюк приснопамятного Аль Капоне с бейсбольной битой и тем поверг всю верхушку «горцев» в шок, из которого многие так и не успели выйти. Грех он, конечно, на душу взял немалый, но, видно, на то была воля аллаха, коли вот уже девятый год он так и не нашел возможным как-либо покарать поганца Кублу. Многие стали рассматривать его оставшееся безнаказанным святотатство как своего рода сертификат святости, выданный свыше. Мюриду же, по большому счету, было глубоко перпендикулярно, кому служит его новый шеф - аллаху, шайтану или одному лишь собственному бзику. Он был горд, что и на этом крутом повороте криминальной истории преславной Фронды удержал за стремя бешеного коня событий и продолжал быть тайным порученцем - верным и молчаливым - которого уж по счету шефа.

    И вот теперь он - уважаемый человек, «Ходжа» - должен был вспоминать былое, напяливать на себя уже не застегивающуюся на брюхе неприметную куртку из суперкевлара, засовывать за пояс старый и надежный «роланд» и переться на задание, выполнять которое под стать только вконец уж сопливому новичку из тех, кто только один годик отмотал в исправиловке за какой-нибудь взлом игральных автоматов. Но уж коли Кубла приказал заняться делом «лично», то заниматься им - делом этим - и следовало именно ему, не сваливая на молокососов даже такую вот черную работу, как «вентилирование» Биберовой норы.

    Да если разобраться - не для молокососов та информация, на которую можно наткнуться в этой норе. Совсем не для молокососов. И не для постороннего взгляда вообще...

    Дверь во внутренние помещения «Риалти» запиралась, конечно, похитрее, чем решетка полуподвала, но тоже не представляла реального препятствия для сработанного в Метрополии наборчика инструментов, притороченного к поясу Мюрида. Не подумала выполнять свой долг и слегка устаревшая система сигнализации офиса. Впрочем, с системой этой не все выходило просто.