— А что за девушка?

— Вы ее знаете. Это Тэлли Ли. Помните ее?

Роск кивнул головой, ожидая продолжения.

— Тэлли сказала, что она с огромным удовольствием плюнет на меня, когда я буду убит, так же как она плевала на Беннета. В действительности ей, конечно, не представилось такой возможности, по она это сказала и она так думает. С ней я еще побеседую. Кроме того, один из моих друзей недавно пустился в воспоминания. Он сообщил, что один парень случайно натолкнулся на убитого Беннета у его дома. Парень обыскал карманы, вытащил у убитого часы и продал их. Любопытно, не правда ли?

— Как зовут этого парня?

— К сожалению, этого я пока еще не знаю, я не видел его. Постараюсь установить с ним контакт. Здесь возможно еще одно обстоятельство. Этот парень обыскивал карманы убитого Беннета, по-видимому, в тот момент, когда убийца был у самого дома Беннета. Возможно, убийца открывал двери дома либо выжидал, стремясь удостовериться в смерти Беннета, и вполне возможно, что убийца видел из своего укрытия, как этот парень шарил по карманам убитого. Нельзя также полностью исключить вероятность того, что и парень, в свою очередь, мог заметить убийцу. Скажем, его темный контур, очертания фигуры, тень хотя бы. Сомнительно, но возможно.

Теперь Роск Тейт был возбужден до крайности. Его пальцы быстро что-то записывали, но широко раскрытые глаза ни на секунду не теряли меня из виду. Губы его шевелились, как будто он повторял про себя все сказанные мною слова.

Когда я остановился, он перевел дыхание, попытался успокоиться и, наконец, сказал:

— Черт побери! Да вы знаете, что все это может означать?

— Разумеется. Могут быть найдены какие-то новые ниточки, зацепки. Кроме того, Роск, вы, как и я, должны хорошо знать людей, живущих в районе дома Беннета. Особенно многочисленных «ночных» людей. Незаметных, невидимых, но с глазами, полными любопытства, таящихся в подворотнях, в темных подъездах, за заборами, за мусорными ящиками, всюду, где темно, где густая тень. Все это вы должны знать, Роск. А отсюда нетрудно заключить, что кто-то из этих «ночных» людей мог наблюдать всю или часть развернувшейся в той аллее трагедии, мог заметить, как кто-то тащил убитого в его дом. Не так ли?

— Гм… да… Конечно.

— Полиция вряд ли сможет что-либо вытянуть у этих людей, но мы с вами, Роск, кое-что в этом направлении могли бы сделать.

— Пожалуй…

Он подумал и нерешительно потянулся к телефону.

— Новые данные следовало бы сообщить полиции.

Я отрицательно махнул рукой, и он тотчас же оставил телефон в покое.

— Не нужно, — сказал я. — Это можно сделать и позже. Полиция имеет свои собственные источники информации. А мне хотелось бы в расследовании быть на шаг, на два впереди полиции.

— Гм… В таком случае зачем же вы сообщили эти данные мне?

— Потому что у вас есть свои источники, и они очень важны. Я буду информировать вас обо всем, что сумею добыть, а вы, в свою очередь, будете ставить меня в известность обо всех новых фактах, добытых вами лично или полицией.

Он улыбнулся и сказал:

— Звучит хорошо, Дип. Ваши соображения заинтересовали меня, и я постараюсь помочь вам. Как репортер я весьма заинтересован в раскрытии тайны этого убийства. Но все остальное останется прежним. Я веду борьбу с любым преступлением и поэтому буду действительно рад, когда убьют и вас, Дип. И безразлично, кто это сделает — закон, полиция или ваши собратья-гангстеры.

— Об этом вы говорили мне и раньше. Но не только вы обрадуетесь моей гибели. Очень довольна будет и Эллен. Вы с ней в этом одинаково заинтересованы.

Секунду или две Роск молчал.