– Да, братан, спрашивай.

– Если навигатор знает, что сейчас расколят какой-то скайлэб, почему его не перевести на безопасную орбиту? Зачем ждать, когда его разнесет случайный объект, если появление этого объекта уже просчитано на девяносто девять процентов?

– Хороший вопрос, коллега…

Грохнул дробный разряд, разнося встречный обломок. А потом еще пара ударов в «сетчатой» расфокусировке, чтобы разметать остававшиеся обломки в пыль.

Часть этой пыли понеслась к планете и Джек с интересом наблюдал, как микрочастицы сгорали в атмосфере, вызывая красочное, почти праздничное зрелище с иллюминацией.

– Так вот, к нашему вопросу. Я, в свое время, когда только появились эти крутые сервера и программное обеспечение, которое говорило – сейчас будет полный ужас, готовьтесь, ребята. Так вот, я тоже недоумевал – ну, почему не упредить эти ужасные дела? Так вот, оказалось, что если мы вмешаемся и перетащим фабрику с орбиты на орбиту, мы спасем конкретно ее, но тогда рванет другая фабрика или скайлэб на другой стороне Лимы. Врубаешься?

– Нет, – честно признался Джек.

Марк рассмеялся и между делом, снес пару обломков среднего размера – примерно по сто пятьдесят кило каждый.

– Короче, в этой теме с предсказаниями, есть один момент – узнать-то ты можешь, а что-то изменить – нет.

– Но почему?

– А хрен его знает! Математический закон какой-то. У нас тут парень один квартировал, математик из ихнего мозгоштурмового батальона. Это я его так назвал, судя по его рассказам. Короче, их там в каком то центре собирают, этих – особо одаренных и они штурмуют определенную проблему. Ну, там, типа задачка с иксами, только страшно представить какой сложности. И вот они штурмуют, штурмуют полгода, да так, что половина отваливается – уходят в запой, но по концовке кто-то во сне видит главную формулу. И ее внедряют в дело, как в нашем случае – в навигацию и прогнозирование. И тут проявляется удивительное дело – стоит нам следуя прогнозу убрать эти опасные факторы, как тут же с другой стороны экватора валится такая же связка, причем неожиданно для служб и начинается вся эта тема с общей тревогой и все прочее…

– То есть, избежать того, что напрогнозировали не удается?

– Да, коллега… Держись, Майки!

Джек успел только дернуть язычок страхующей снасти, чтобы его не выбросило из штурманского кресла и, как оказалось, вовремя. Лазерный испаритель загрохотал на пределе возможностей при этом «мусорщик» начал совершать немыслимые маневры, как какой нибудь истребитель.

Грохнуло с правого борта, потом чуть тише – с левого, а затем еще будто горохом прошлось по всему корпусу.

– «Экватор-два» и «экватор-четыре»! К вам гости! Прозрачные, три штуки по тонне-полторы и еще россыпь! Внимание, оповещение – спит!..

– Да ни хрена мы не спим, Бачинский! Мы не видим этих кусков! Просто – не видим! – отозвался обиженный женский голос и Джек почувствовал, что услышав его Марк внутренне подобрался.

Похоже, это тоже была какая-то особа «из прошлого».

– Там обломки станций из оптических блоков – наша аппаратура их еще не видит – не было обновления!.. И вообще – урод ты, Бачинский!

Марк не ответил. Не стали комментировать это и другие пилоты, которые обычно любили подхватить какую-то остренькую тему. Но появление нового вида угрозы на орбитах заставило напрячься всех и теперь никому было не до шуток.

Уже в конце смены, когда сойдя с рабочей дистанции «мусорщик» на автомате подползал к швартовому узлу огромной, словно темный утес на фоне сверкавшей Лимы, базы, Марк сдвинул панораму на лоб и потерев ладонями лицо, сказал:

– Никогда, Майк, слышишь? Никогда не путайся с девицами работающими на орбите.