Сократа такое неожиданное соседство однозначно сбивало с толку. Он предпочитал видеть своих головоногих маленькими и вкусными, а не гигантами, способными съесть его самого. Поэтому он и его новая дельфинья родня держались от Ромео на расстоянии, но в целом были бодры и веселы. Я скормила им кучу вкуснейших кальмаров и осыпала благодарностями за их помощь в битве.

Когда Сократ спросил меня о брате – слегка махнув плавником, что, как я уже выучила, обозначало «Дев», – я не знала, что ему ответить. Но хотя бы под водой мне не нужно было сдерживать слезы. Океан и не заметит пары лишних соленых капель.

Дождавшись полной починки «Наутилуса», Тиа Ромеро возглавила миссию по подъему обломков «Аронакса». На это уйдут недели, но нам необходимо понять, как далеко зашла в своих исследованиях Лэнд Инститьют. Плюс негоже оставлять мусор на океанском дне у нас на задворках.

На пятый день мы освободили пленников – всех, кроме Дева. Решение это было встречено без особого энтузиазма. Они оставались нашими врагами, у них на руках было слишком много крови – но нам было не до обустройства тюрьмы, а заставить их заплатить по счетам, да даже доказать их вину в суде, было бы очень непросто. Выбирая между худшим и менее худшим, я решила их отпустить, в полной мере осознавая, что в будущем мы можем снова с ними столкнуться. Я отдала им «Варуну», хотя мне было больно это делать. Запасов еды, воды и топлива должно хватить, чтобы добраться до калифорнийского побережья. Но прежде мы забрали все опасное и ценное – оружие, локус, устройства динамической маскировки, даже книги из библиотеки.

И вообще, нашим пленникам было грех жаловаться. Мы хорошо с ними обращались и потчевали вкуснейшей выпечкой Юпитера. Они все набрали несколько фунтов, и хотя никогда в этом не признаются, но я подозревала, что они будут скучать по его «наполеону».

Калеба Саута ужасно возмутило мое намерение отдать ему в командование «Варуну»:

– Зачем тебе это? Вы и так нас отпустили. И мы знаем, где ваша база.

– Да, знаете, – признала я. – А еще вы знаете, что с вами случилось, когда вы попытались нас захватить. Двадцать первокурсников разделали под орех весь ваш старший курс. Захотите реванша – мы будем вас ждать.

У него задергалось веко, но больше он ничего не сказал. А несколько минут спустя я смотрела, как первая яхта под моим командованием мчит прочь из лагуны.

– Может, не стоило его так подначивать? – спросил Джем.

Нелинья скорчила гримасу:

– А по мне, так в самую точку. Пусть попробуют, если осмелятся.

Но это, я подозревала, была лишь бравада. Никто из нас не желал повторения пережитого. Но Нелинья имела полное право слегка задрать нос. Победа досталась нам тяжело, и все мои друзья могли собой гордиться.

На следующий день доктор Хьюитт уже мог передвигаться с помощью ходунков. Я отвела его на причал в пещере, которого он еще ни разу не видел, и там мы любовались рассекающими воздух зелеными огоньками робожуков и разноцветным фестивалем фитопланктона в воде. Но в основном мы любовались «Наутилусом».

На Хьюитте был старый синий халат поверх пижамы. Его лицо все еще было осунувшимся, белые волосы напоминали грязный хлопок, только-только вылезший из лопнувшей почки. Но он был жив, и от него не воняло. По мне, так очевидный прогресс.

– Ана, ты превзошла все мои ожидания, – сказал он.

Я всмотрелась в его лицо. Он еще никогда не называл меня по имени.

– Это комплимент? – с подозрением спросила я. – А то я не знаю, чего именно вы от меня ожидали.

Он, всхлипнув, вздохнул:

– Ох, прошу тебя, не смеши. Мне больно смеяться. Нет, староста… Капитан Даккар. Я всегда знал, что ты способна на великие дела.